Читаем Нашедшие Путь полностью

— Может, мне надо было как-то этому воспрепятствовать? — спросил Борис, почему-то чувствуя себя виноватым.

— Что ты мог сделать? Не силой же его удерживать, — возразил Алексей.

«Действительно», — подумал Борис и, решив сменить тему, спросил:

— У тебя-то как?.. Нашёл что-нибудь?

Алексей отрицательно покачал головой и, махнув рукой, пояснил:

— В медицинских учреждениях — везде одни и те же препоны; а в других — считают, что если работу потерял — значит: либо алкаш, либо нарушитель трудовой дисциплины… Хотел я сказать, что трудовой кодекс не предписывает «задницу начальству лизать», но воздержался.

— Устраивайся к нам, пока вакансии имеются, а поиски свои — тоже не оставляй, — предложил Борис.

— Подумаю, — предпочёл уклониться Алексей. — Я хочу пока наши записи с семинара проработать, в тренировки кое-что включить, покуда не перезабыли всё.

Тимофей вернулся значительно позже, чем обещал.

— Не обедали ещё? — спросил он, заходя в кухню.

Не желая отрываться от тетрадей, Алексей нехотя проговорил:

— Нет… Я тут твою тетрадь взял… Не возражаешь?.. По своей — не всё вспомнить получается.

— Ладно, ладно, — согласился Тимофей, выкладывая из пакета продукты. — Сейчас и пообедаем, и обсудим всё… Зови Бориса.

Борис уже видел Тимофея в окно, а потому встретил Алексея вопросом:

— Прояснилось что-нибудь?

Алексей отрицательно покачал головой и сказал:

— Я ему вопросов не задавал… Думаю, что сам скажет, может быть, если сочтёт нужным… Он еды всякой понакупил — обедать зовёт.

— Нехорошо как-то получается, — засмущался Борис. — Мы-то редко что-либо приносим.

— Зато Катя корм «зверям» приносит регулярно… Да, кстати, мы-то, бывало, и картошку кололи, и дрова копали…

— Наоборот.

— Ладно, пусть будет наоборот… Пойдём, короче… Может, за обедом-то он и расскажет о своих замыслах.

Надежды Алексея не оправдались: разговор за обедом пошёл исключительно о семинаре и о планах на предстоящие тренировки. Вскоре все трое увлеклись составлением новой комплексной программы; когда же скопилось несколько спорных вопросов, Тимофей сказал:

— Ладно, сейчас узнаем, что думает Катя, вот тогда, возможно, и примем окончательное решение.

Алексей и Борис переглянулись и посмотрели на дверь.

— Рановато, вроде, — неуверенно заметил Алексей.

Борис пожал плечами, прислушался и, выдержав паузу, высказал своё предположение:

— Может быть, уже пришли и с Фрэдом играют?

Ожидая в безмолвии более минуты, но так и не решившись усомниться в предсказании Тимофея, Алексей и Борис вдруг отчётливо услышали скрип и хлопок калитки. Оба вновь переглянулись.

— А вдруг там Семёныч или Виталий? — проговорил Алексей, пытаясь таким образом просто продолжить разговор.

Тимофей отрицательно покачал головой и уверенно сказал:

— Нет. Там Катя, Юля и Лариса; вернее: Катя — уже почти здесь.

В тот же момент дверь открылась и Катя, переступая через высокий порог, радостно защебетала:

— Привет, привет!.. Там ещё Юля и Лариса… Я сегодня уже две «двойки» исправила, да так легко!.. В «шараге» — будто то ли посветлело, то ли воздух стал чище…

Дойдя до стола, Катя выложила из сумки пакетики с кормом для кошек и Фрэда. Она намеревалась сказать что-то ещё, но в это время дверь вновь открылась и в кухню вбежал Фрэд, а следом за ним вошли Юля и Лариса. Поздоровавшись, обе принялись выкладывать на стол всевозможные продукты.

— Что это у нас за праздник? — удивился Борис.

— Эх, надо было спрятать всё, что Тимка принёс, да подождать немного! — проговорил Алексей, решив добавить в ситуацию немного юмора.

— Нам есть, вообще-то, что праздновать, — напомнила Катя.

— Зверика вот только, пожалуй, зря запустили, — заметил Алексей.

— Лёш, Серёга ведь просил Фрэда только по имени называть, а не как попало, — напомнил Борис.

— Я не к Фрэду обращался, — сказал Алексей, пытаясь оправдаться.

— Вы его сразу-то не выгоняйте, — попросила Катя.

— Ладно, — согласился Тимофей. — Сам, наверняка, скоро уйдёт.

— «Вторая смена», за стол! — распорядился Алексей. — А Кате, кстати, ещё придётся ознакомиться с черновым вариантом плана дальнейших тренировок и высказать свои соображения.

Обследовав кухню, Фрэд уселся напротив стола и, едва заметно поскуливая, устремил взгляд на продукты; вскоре, однако, ему пришлось немного посторониться, поскольку, подошедшая к нему, Пустя принялась тереться о его переднюю правую лапу. Когда Пустя приблизилась вновь, Фрэд недовольно заворчал и опять отодвинулся.

Посмеявшись над Фрэдом, Катя принялась кормить его и кошек, однако, убедившись, что кошки оказываются проворнее и наглее, позвала Фрэда во двор, взяв с собой еду для него.

— Что ещё нового в «шараге»? — поинтересовался Алексей.

— Почти половину «гадюшника» как ветром сдуло, — бодро ответила Лариса.

— Элеонору-то за что? — проговорила Юля, обращаясь, вероятнее всего, к Алексею.

— Ой, да! — встрепенулась Лариса. — Вольфовне кто-то дверью по физиономии «долбанул», но не в «шараге», а где-то в подъезде. Она говорит, что какой-то мужик сначала придержал дверь, а потом глянул на неё, да и отпустил… Это — на вахте она рассказывала, когда ей там оказывали помощь.