Читаем Наравне? (СИ) полностью

Уже жалея о таком поспешном решении, я в полупанике взъерошила обеими руками волосы, пытаясь понять, как лучше поступить: отказаться, пока еще не поздно, или таки рискнуть, заранее предупредив, что многого от меня ждать не стоит? Не, конечно, всегда можно целенаправленно выставить себя на посмешище, взяв какой-нибудь комедийный номер, или присоединиться к кому-нибудь еще, но, черт возьми!

Умеешь думать, Виктория? Так подумай, а не лезь, не просчитав все!

Чувствуя, что сеанс самобичевания исчерпал себя, я уже более расслабленно разогнулась, откидываясь на спинку скамьи, и начала просчитывать дальнейшие действия. В принципе, среди студентов я наверняка буду восприниматься как одна из своих — седьмой курс или что-то в этом духе, так что за атмосферу среди них переживать не придется. Вопрос, скорее, в том, как нынешние коллеги будут воспринимать меня, если учесть, что зрителей будет немало, еще и не один наш факультет, а я должна, по идее, строить репутацию и профессиональную карьеру. Выбрать что-то нейтральное или сфокусироваться на одном? Или…

Может, поинтересоваться у Вина?

Не, не, не, какая глупость, в самом деле.

Я с ним общалась всего пару раз, и то, ситуация подпадала под разряд «экстренный случай» с двумя крайностями в отчаяние и эйфорию, а статус коллег, попавших на работу одновременно, не значит автоматически, что я могу названивать ему или перехватывать в университете между пар, вынуждая посвящать внимание моим затыкам. В конце концов, взрослая я личность или нет? Двадцать три с половиной года, пора бы научиться справляться с таким самостоятельно…

И забудем о том, что всего пару лет назад за каждое сказанное от себя слово я получала неслабый втык от родителей за самодеятельность.

Достав из рюкзака термос с любимым чаем — от кофе я бы только больше сейчас дергалась, приходилось переоценивать приоритеты — и коснувшись левого хряща, я вспомнила, как на радостях от того, что съехала с общей квартиры в собственную, решила отметить освобождение стрижкой под мужскую длину, двойным хеликсом и сменой гардероба на более «оборванческий», как еще ласково потом называла его мама. Криков было очень много, от меня тогда чуть не открестились насовсем, но, благо, вступился отец, заявляя, что я могу делать все, что угодно, до тех пор, пока деньги мои, маму удалось успокоить, заверив, что решение было осознанным, — и я действительно очень давно думала над этим, практически посекундно планируя подобный шаг, — а при следующей встрече тема уже не поднималась. Ну, разве что изредка и с меньшим шумом. И началом подкидывания сначала заочно знакомых, а после и вовсе непонятно откуда бравшихся личностей под тезис «раз не хочешь нас за семью держать, так хоть собственную заведи».

О, помяни черта, как раз новое уведомление появилось.

Как и ожидалось, неизвестный контакт, начало с «Здравствуйте, Виктория! Ваша мать дала мне номер…» и на фотографии личность, явно любящая кичиться своими «достоинствами». Скоро можно будет хоть мастер-классы давать под названием «Как культурно отшить идиота так, чтобы без единого мата он понял, что его послали».

Кстати, чем не идея для университетского курса?

Булькая почти отпитым чаем и уже отправляя ответ, я как раз думала засмеяться уже в голос, а потом подняла взгляд, наткнулась им на явно узнавшие меня золотые глаза и поняла, что если не отставлю сейчас термос, дело будет плохо.

Накидывая вид попрезентабельнее, чем иллюстрация «студент-разгильдяй обыкновенный», я вежливо улыбнулась и заговорила:

— Здравствуй… — блин, а как обратиться-то лучше — на «ты» или все-таки «вы»? Ай, черт возьми, как сложно иметь дело с людьми после того, как момент уходит! — …те, Вин — рада видеть вас в добром здравии, — блин, явно перебор. И если для Вина подобная манера речи смотрелась уместно, в моем исполнении такой выверт речи звучит, как минимум, нелепо. — Вы сейчас направляетесь в свой корпус?

— Да, только прибыл в университет — захотелось воспользоваться возможностью и приехать пораньше, — он все еще продолжал стоять напротив, и я, спохватившись, тут же жестом пригласила составить мне компанию — даже подтянула рюкзак поближе, хотя и без этого тут спокойно могли разместиться еще хотя бы двое. Кивнув, он улыбнулся и сел рядом. — Что насчет вас, Виктория — все в порядке?

Да какое там «в порядке»…

— Все хорошо, правда, очень непривычно находиться по ту сторону преподавательского стола и понимать, что в глазах студента стаешь тем самым монстром, от которого будет трусить на экзаменах. Да и контакт пока находить проблематично, потому что не все достаточно сговорчивы с тем, что им все-таки приходится здесь учиться, — не то, чтобы я не понимала такую позицию, но внутри все равно было несколько досадно от того, как не получалось сделать общение легче.