— Искал сложной причины, а она оказалась простой, — не мог успокоиться Павел Афанасьевич.

Причина действительно оказалась простой. Механизм для Петиного станка Павел Афанасьевич сконструировал сам. Остальные шесть по его образцу изготовлялись в механическом цехе завода. Они были точно скопированы, но не тщательно отделаны, а самое главное — в цехе грубо отполировали наконечники скалок. Наконечник скалки, поддевая резиновый браслет, должен скользить, тогда и браслет скользит вдоль скалки и ровно ложится на барабан. Пока ребята приноравливались к новому способу, работали осторожно, с кустарной медлительностью, скалка служила. Едва были взяты нормальные темпы, шероховатый наконечник стал морщить и рвать браслет.

Тополев распорядился снять со станков механизмы и отполировать наконечники в механической мастерской цеха.

Через день комплект Грачева снова был вооружен. Наступил перелом. Темпы резко повысились, со станков с каждым часом сходило все больше и больше покрышек.

Как-то раз, когда была механизирована уже целая аллея станков, Тополев, придя от директора, вместо того чтобы сразу засесть за дела, шагнул к окну, распахнул, дохнул воздуху, засмеялся и наконец обратился к Екатерине Михайловне:

— Бегите, девушка, в цех! Послушайте там. Сейчас объявят по радио.

Екатерина Михайловна направилась прямо к своему любимцу — комплекту Грачева. Цех, как обычно, шумел. Сборщики, как обычно, работали. Почти играя, непринужденно, легко вскидывал на барабан за браслетом браслет Петя Брунов. Никита работал на вид тяжеловато, неспоро, но в медлительности его ощущался свой хорошо найденный темп. Не очень ровно, все еще с напряжением в лице и во всем теле, собирал покрышки Алеша.

И вот, перекрывая шум цеха, заговорило радио:

— Товарищи сборщики! Мы живем в стране мира и труда. На Волге началось сооружение величайшей, небывалой в истории стройки. Эту стройку создает весь советский народ. Товарищи сборщики! По решению правительства, наш цех переходит на изготовление покрышек для грузовых автомашин новой гидростанции. Прочно обуем машины! Им идти в славный путь!

«Продолжается вахта!» — глазами сказал Петя, когда Екатерина Михайловна прошла мимо него.

— Живем, Екатерина Михайловна! — помахал рукой Алеша.

Она задержалась возле Никиты, курносого, широколицего парня, который ворочался у станка, как медведь.

— Подкрутил гайки. Работаю норму, — степенно отрапортовал Никита.

Она все стояла.

— На повышенье иду! — закричал Никита.

Вот в то время, когда только что произошли все эти события, Володя и пришел в сборочный цех.

ВОТ ОН, ЗАВОД!

Аллея из ясеней, ведущая от проходной будки к корпусам завода, оказалась почти такой, как Володя представлял ее по рассказам отца. Она была действительно ясной — сквозь редкие желтые листья светилось осеннее небо.

— Ребята, чуете? Резиной пахнет, — сказал Кирилл.

К проходной будке от корпусов наплывал тот особенный, чуть терпкий запах, который Володин отец приносил с собой на одежде с завода. Вдалеке слышен был ровный говор машин и станков, как будто собрались тысячи гигантских шмелей и гудят.

Группа девушек обогнала ребят, пока они, оглядываясь по сторонам, шли вдоль асфальтированной дорожки неуверенной походкой новичков. Одна, с насмешливыми глазами и весело вздернутым носиком, проходя мимо, сказала:

— Эй, добры молодцы! Ваши темпы для нашей жизни неподходящие!

Все девушки обернулись:

— Не насмешничай, Маруся. А сами в первые дни по сторонам не зевали?

— За рабочих приняли, — удовлетворенно заметил Кирилл.

Володя отсчитывал третью дверь от угла, как велела Екатерина Михайловна. Они поднялись по крутой железной лестнице и на втором этаже вошли в цех. Это был огромный зал с высоким сводчатым потолком, со стенами из сплошного стекла, сквозь которые свободно вливался дневной свет. Здесь стоял тот мерный, ритмичный шум, который издали показался Володе похожим на гуденье шмелей, и воздух насквозь был пропитан горьковатым, крепким запахом резины. Звеня, пронеслась и скрылась за поворотом тележка; ей навстречу откуда-то вынырнула другая, нагруженная тюками. На обеих тележках за рулем управления стояли ребята не старше Володи.

— Во катают! — с восхищением воскликнул Кирилл. — А нам здесь тоже нашлась бы работка! А? Как ты думаешь, Володя?

Они обращались к Володе так, словно он был здесь специалистом по всем вопросам.

— Твой отец с самого основания на заводе? С самого первого года?

— Стройматериалы только свозить начали, когда он пришел.

Володя был ошеломлен грандиозностью цеха, движением, работой непонятных машин — все необычно, все неизвестно вокруг… Но надо вести ребят дальше. Володя твердо запомнил: свернуть от двери направо, пройти цех до конца, повернуть снова направо, еще пройти один цех… Здесь столько цехов, что, конечно, они заблудятся в них.

— Идемте, Коля, Кирилл! — позвал он. — Направо, прямо, направо…

Но они не успели тронуться в путь, как, к счастью, появилась Екатерина Михайловна.