Читаем На море шторма нет полностью

— Я могу вас понять. В любом случае, мне необязательно все решать прямо сейчас. С одной стороны, женщинам пробиваться намного сложнее. Даже в образовании. Надо с самого начала решить, чего ты хочешь добиться, и отвоевывать свое право у мужчин. Сью много об этом говорила. С другой стороны, моя мама, например, изучала какую-то никому не нужную ерунду в университете вроде французской литературы. Потом, когда мы оказались в Англии, она стала работать секретарем в одном из оксфордских колледжей. Между прочим, там они и познакомились с Грегори. Но еще там был кинематографический кружок, где студенты снимали любительские фильмы ужасов. Мама стала его участником, она помогала им со сценариями, с режиссурой, даже снялась в паре фильмов. Я тоже приходила на съемки, это было очень забавно. Потом мама стала искать деньги для новых фильмов, придумывала разные приемы, чтобы продать их эффектнее. В итоге ее пригласили работать в лондонскую студию. Она стала ездить на фестивали, заводить нужные знакомства. И закончилось все Голливудом. Так что, мне кажется, бывает и так, что интересная работа сама тебя находит. Вы не думаете, мистер Стин?

Я подумал, что бывает всякое. Многие люди проводят жизнь, так и ожидая, что их посетит вдохновение, чем бы им, наконец, заняться. А некоторые, как отец Лекси, упорно стремятся к делу, к которому у них нет совершенно никакого таланта.

И, конечно, мне совершенно не хотелось разочаровывать девушку, говоря, что одна сокрушительная любовь может изменить все ее жизненные приоритеты. Впрочем, судя по спокойному сиянию ее васильковых глаз, я предположил, что Лекси, возможно, и не из тех, кто ищет любви. Скорее всего, больше будет страдать тот несчастный, который решит следовать за ней, пока она ищет своего призвания.

— А вы мистер Стин? Вы женаты?

— Нет и никогда не был, — ответил я. — Как-то не сложилось. Хотя у меня есть подруга.

Почему-то вдруг мне захотелось рассказать Лекси про Габриэлу. Не вдаваясь в подробности я описал наше знакомство, сдержанные отношения и молчаливую ссору по телефону перед отлетом в Нью-Йорк.

— И вы ей с тех пор так и не позвонили? — спросила Лекси.

— Конечно же, нет. Она просила не звонить. Сказала, что ей нужно подумать.

— Мистер Стин, вы совсем не разбираетесь в женщинах. Сейчас она дает вам шанс продемонстрировать свои чувства. Если ваша подруга говорит вам не звонить, и вы ей действительно не звоните — она окончательно убедится, что ничего для вас не значит.

— И что я ей скажу?

Кто бы мог подумать, что я буду спрашивать совета о личной жизни у двадцатилетней девчонки.

— О, просто скажите, что скучаете. И думаете о ней. Если она вам действительно дорога.

Да, Лекси определенно могла бы разбивать сердца, если бы ее это хоть в малейшей степени интересовало.

Когда мы вернулись в пансион, миссис Миллс с видимым возмущением сообщила, что мне звонила некая миссис Хэйр.

— Это моя мама! — радостно воскликнула Лекси, чем сразу же смягчила пожилую даму.

— Я перезвоню из библиотеки за счет вызываемого абонента, — коротко кивнул я. Этот семейный пансион определенно начинал меня утомлять. Подвыпившим одиноким мужчинам-путешественникам тут явно были не рады, хотя на дворе уже явно были не 20-е годы.

Прежде чем набрать номер Аманды, я, разогретый несколькими порциями виски, сделал еще один звонок. Абонент на другом конце провода также согласился принять вызов из Коннектикута.

— Габи, это ты? — спросил я.

— Да. Привет, Дуг. Зачем ты звонишь? Ты знаешь, что поздно?

— Извини, забыл про разницу во времени. Я помню, что ты просила меня не звонить. Но я просто хотел сказать тебе, что соскучился.

Неожиданно я сам понял, что это правда, и покрепче сжал трубку.

— Я тоже, Дуг. Я по тебе скучаю. Почему ты звонишь из Коннектикута?

— Это рядом с Нью-Йорком. Я потом тебе объясню.

— Когда ты вернешься?

— Завтра. То есть я уже завтра вылетаю из Айдлфилда, надеюсь, буду в Лос-Анджелесе к вечеру.

— У меня как раз завтра ночная смена. А на следующий день выходной. Мы могли бы встретиться.

— Обязательно, Габи. Я позвоню тебе прямо с утра. И мы сходим куда-нибудь.

— Буду ждать, Дуг. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, дорогая.

Ощутив прилив бодрости, я положил трубку и испытал острое желание порыскать в библиотеке в поисках еще одной порции бурбона. Но затем с сожалением осознал, что вряд ли в логове старой грымзы вообще водится спиртное для гостей. Пришлось довольствоваться сигаретой, после чего я набрал номер Аманды.

— Дуглас, я ждала вашего звонка, — без предисловий начала она. — Я подумала над вашими сегодняшними словами. И связалась с офисом нашего детективного агентства в Нью-Йорке, к которому я предлагала обратиться с самого начала. Дело в том, что пулю, убившую вашего агента по недвижимости мистера Борроудейла, отправили на баллистическую экспертизу именно в Нью-Йорк, потому что в Коннектикуте нет нормальной криминалистической лаборатории. Наш агент имеет связи в полиции и он выяснил, что они обнаружили интересное совпадение.

— Не связанное со стрельбой в Калифорнии?