Читаем Музыкальные мифы. Книга 5 полностью

10. Что значит — АРПЕДЖИРОВАТЬ? (Называть имя короля по слогам).

11. Как ребята АРПЕДЖИРОВАЛИ имя короля ТерцКварта? (Фа-Ля-Си-Ре, Ля-Си-Ре-Фа, Си-Ре-Фа-Ля, Ре-Фа-Ля-Си).

12. Где носил ТерцКварт ФаЛяСиР орден БОЛЬШОЙ СЕКУНДЫ? (на животе).

13. Кого увидел ФаЛяСиР в волшебном яблоке? (СептАккорда ДоМиСольСия V — старого и больного царя).

14. Как звали его младшего сына? (УмСепт).

15. Какие кони были в табунах ФаЛяСиРа, кроме ПРЕСТО и ПРЕСТИССИМО? (АЛЛЕГРО).

16. А кто из коней быстрее, АЛЛЕГРО, ПРЕСТО или ПРЕСТИССИМО? (ПРЕСТО и ПРЕСТИССИМО).

17. Как называли коней на планете? (ТЕМПЫ).

18. Как назывался Совет из Министров у ФаЛяСиРа и сколько в нём человек? (СЕПТЕТ, в нём семь человек).

19. А какой Совет был в ИОНИИ у царя ДоМиСольСия V? (КВАРТЕТ, в нём четыре человека).

20. А во ФРИГИИ у СекундАккорда МиФаЛяДия IV? (ТЕРЦЕТ — три человека).

21. Какие ТЕМПЫ запрягались в царскую карету ФаЛяСиРа II? (МОДЕРАТО — бегают умеренно).

22. Как называется бег ТЕМПОВ, при котором подчёркивается каждый шаг? (МАРКАТО, «бегут маркатируя», как на параде).

23. Как называются ДЕСЯТИметровые скалы? (ДЕЦИМЫ).


ГЛАВА IV. Страна заходящего солнца. Страшная гибель друзей

Высокогорной страной МИКСОЛИДИЕЙ правил царь НонАккорд Соль СиРеФаЛий IX. Эта последняя мажорная страна находилась почти на самом краю земли. Её высокие горы были всегда покрыты туманом, отчего все краски казались неяркими и размытыми.

Семеро храбрецов уже два дня бродят в окрестностях столицы Со-миксолицы и пытаются поймать ТЕРЦИЙ. Но это им никак не удаётся. Маленькие ТРЁХПАЛЫЕ, обычно добродушные животные напуганы и, завидев человека, убегают прочь.

Колени и руки мальчишек исцарапаны, пот струится по их загорелым лицам, но всё впустую — ТЕРЦИИ не показываются.

После очередной неудачной попытки уставшие ВОСЬМЫ решили отдохнуть и обсудить действия.

«Только ребята с разными именами могут достичь цели», — вдруг вспомнил ЛЯ слова БЕКАРА.

— Слушайте, — рассуждал ЛЯ, — наверное, это как-то можно использовать?.. Если мы встанем друг за другом в порядке, который подсказал БЕКАР... Нет, не то — это пароль для прохода... А может, как-то иначе?.. ДО, ты у нас самый умный, придумай что-нибудь.

ДО старался что-то вспомнить, повторяя про себя: «ТЕРЦИЯ, ТЕРЦИЯ... Три пальца... ТРИхорд... ТЕРЦИИ откликаются на свист...»

— Ребята, давайте попробуем встать трихордом и свистнуть. Вдруг получится? — предложил он наконец.

РЕ, МИ и ФА встали друг за другом и тихонько свистнули...

Тут же из соседних кустов показался маленький пушистый зверёк с добродушной мордочкой и моментально скрылся.

— Кажется, получается!

Попробовали ещё раз, но ТЕРЦИЯ не появилась... Попробовали свистнуть по-одному — ТРИХОРД не помогал. И только когда свистнули двое крайних, РЕ и ФА, ТЕРЦИЯ выскочила из кустов, подбежала к ребятам и стала тереться об их ноги.

Вид у неё был уморительный. Зверёк, заглядывая в глаза, спокойно давал взять себя на руки, даже легонько кусал за нос и уши то РЕ, то ФА. Однако других ребят как будто не замечал.

— Ну, это нечестно! — возмутились другие ВОСЬМЫ. — Мы тоже хотим своих ТЕРЦИЙ.

И они, выстроившись в МИКСОЛИДИЙСКИЙ МАЖОРНЫЙ звукоряд, началом которого стал СОЛЬ, стали свистеть через одного: СОЛЬ-СИ-РЕ-ФА-ЛЯ-ДО-МИ. И каждый раз, как только пара свистела, к ним прибегали добродушные ТРЁХпалые малыши... Их оказалось семеро, как раз по одному на каждого мальчика. И что интересно: когда свистели ДО-МИ, ФА-ЛЯ, СОЛЬ-СИ, прибегали ТЕРЦИИ побольше. К остальным — прибежали поменьше.

Ребята были так тронуты доверием малышей, что даже забыли, для чего их поймали. Пока остальные ВОСЬМЫ играли с ТЕРЦИЯМИ, ФА достал бумагу и краски, с которыми никогда не расставался, и к вечеру коллекция его рисунков пополнилась изображениями пушистых зверьков...

Солнце стало клониться к закату, и ФА вспомнил о КВАРТАХ.

— Как же быть, ребята? Отдать на съедение ТЕРЦИЙ, обмануть их доверие? Предать друзей? Вы способны на это? — спросил ФА остальных.

Всем сразу сделалось грустно... И только ТЕРЦИИ не унывали, они всё ещё пытались играть, но вскоре тоже притихли.

Потом случилось непонятное... На глазах ребят ТЕРЦИИ собрались вместе, как будто посовещались и выстроились в СЕМИСТУПЕННЫЙ звукоряд, о котором когда-то говорил БЕКАР. Как только это произошло, ЛЯ и его друзья услышали голос, раздавшийся откуда-то сверху:

— Вы выдержали два испытания: смогли додуматься, как вызвать ТЕРЦИЙ, и главное, не хотите предать их. Теперь эти маленькие и добрые существа навек останутся вашими друзьями. А сейчас не бойтесь... Берите ТЕРЦИЙ — они сами знают, что делать дольше.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Мик Джаггер
Мик Джаггер

Мик Джаггер — живая легенда и многоликая икона современной культуры. 2013 год явился для него этапным во многих смыслах: вечному бунтарю исполнилось 70 лет, The Rolling Stones завершили самое громкое в своей истории мировое турне, призванное отметить полувековой юбилей группы, и вдобавок было объявлено, что скоро «сэр Мик» станет прадедушкой. Интерес к его личности огромен, как никогда, однако писать историю своей жизни бывший дебошир, а ныне рыцарь Британской империи категорически отказывается. Что же, приходится за него это делать другим, и новейший труд Филипа Нормана, прославившегося биографиями The Beatles, The Rolling Stones и Джона Леннона, — наиболее исчерпывающий в своем роде. Итак, вы узнаете, как сын простого учителя физкультуры и тихий фанат черного блюза превратился в кумира всемирного масштаба и постоянного героя скандальной хроники, как перед ним падал на колени Стивен Спилберг, а его детей нянчил Энди Уорхол…

Филип Норман

Биографии и Мемуары / Публицистика / Музыка / Документальное
Песни, запрещенные в СССР
Песни, запрещенные в СССР

Книга Максима Кравчинского продолжает рассказ об исполнителях жанровой музыки. Предыдущая работа автора «Русская песня в изгнании», также вышедшая в издательстве ДЕКОМ, была посвящена судьбам артистов-эмигрантов.В новой книге М. Кравчинский повествует о людях, рискнувших в советских реалиях исполнять, сочинять и записывать на пленку произведения «неофициальной эстрады».Простые граждане страны Советов переписывали друг у друга кассеты с загадочными «одесситами» и «магаданцами», но знали подпольных исполнителей только по голосам, слагая из-за отсутствия какой бы то ни было информации невообразимые байки и легенды об их обладателях.«Интеллигенция поет блатные песни», — сказал поэт. Да что там! Члены ЦК КПСС услаждали свой слух запрещенными мелодиями на кремлевских банкетах, а московская элита собиралась послушать их на закрытых концертах.О том, как это было, и о драматичных судьбах «неизвестных» звезд рассказывает эта книга.Вы найдете информацию о том, когда в СССР появилось понятие «запрещенной музыки» и как относились к «каторжанским» песням и «рваному жанру» в царской России.Откроете для себя подлинные имена авторов «Мурки», «Бубличков», «Гоп со смыком», «Институтки» и многих других «народных» произведений.Узнаете, чем обернулось исполнение «одесских песен» перед товарищем Сталиным для Леонида Утесова, познакомитесь с трагической биографией «короля блатной песни» Аркадия Северного, чьим горячим поклонником был сам Л. И. Брежнев, а также с судьбами его коллег: легендарные «Братья Жемчужные», Александр Розенбаум, Андрей Никольский, Владимир Шандриков, Константин Беляев, Михаил Звездинский, Виктор Темнов и многие другие стали героями нового исследования.Особое место занимают рассказы о «Солженицыне в песне» — Александре Галиче и последних бунтарях советской эпохи — Александре Новикове и Никите Джигурде.Книга богато иллюстрирована уникальными фотоматериалами, большая часть из которых публикуется впервые.Первое издание книги было с исключительной теплотой встречено читателями и критикой, и разошлось за два месяца. Предлагаемое издание — второе, исправленное.К изданию прилагается подарочный диск с коллекционными записями.

Максим Эдуардович Кравчинский

Музыка
Моя жизнь. Том I
Моя жизнь. Том I

«Моя жизнь» Рихарда Вагнера является и ценным документом эпохи, и свидетельством очевидца. Внимание к мелким деталям, описание бытовых подробностей, характеристики многочисленных современников, от соседа-кузнеца или пекаря с параллельной улицы до королевских особ и величайших деятелей искусств своего времени, – это дает возможность увидеть жизнь Европы XIX века во всем ее многообразии. Но, конечно же, на передний план выступает сама фигура гениального композитора, творчество которого поистине раскололо мир надвое: на безоговорочных сторонников Вагнера и столь же безоговорочных его противников. Личность подобного гигантского масштаба неизбежно должна вызывать и у современников, и у потомков самый жгучий интерес.Новое издание мемуаров Вагнера – настоящее событие в культурной жизни России. Перевод 1911–1912 годов подвергнут новой редактуре и сверен с немецким оригиналом с максимальным исправлением всех недочетов и ошибок, а также снабжен подробным справочным аппаратом. Все это делает настоящий двухтомник интересным не только для любителей музыки, но даже для историков.

Рихард Вагнер

Музыка
Хардкор
Хардкор

Юбилею перестройки в СССР посвящается.Этот уникальный сборник включает более 1000 фотографий из личных архивов участников молодёжных субкультурных движений 1980-х годов. Когда советское общество всерьёз столкнулось с феноменом открытого молодёжного протеста против идеологического и культурного застоя, с одной стороны, и гонениями на «несоветский образ жизни» – с другой. В условиях, когда от зашедшего в тупик и запутавшегося в противоречиях советского социума остались в реальности одни только лозунги, панки, рокеры, ньювейверы и другие тогдашние «маргиналы» сами стали новой идеологией и культурной ориентацией. Их самодеятельное творчество, культурное самовыражение, внешний вид и музыкальные пристрастия вылились в растянувшийся почти на пять лет «праздник непослушания» и публичного неповиновения давлению отмирающей советской идеологии. Давление и гонения на меломанов и модников привели к формированию новой, сложившейся в достаточно жестких условиях, маргинальной коммуникации, опутавшей все социальные этажи многих советских городов уже к концу десятилетия. В настоящем издании представлена первая попытка такого масштабного исследования и попытки артикуляции стилей и направлений этого клубка неформальных взаимоотношений, через хронологически и стилистически выдержанный фотомассив снабженный полифонией мнений из более чем 65-ти экзистенциальных доверительных бесед, состоявшихся в период 2006–2014 года в Москве и Ленинграде.

Миша Бастер

Музыка