Читаем Музей воров полностью

Она знала, что Фэйвор ошибалась. Она совсем не была храброй. Но вера друзей была как маленький островок спокойствия в океане паники.

Она пошарила в карманах и достала компас. Стрелка светилась ярко-зеленым и показывала в ту сторону, откуда она пришла. Там, должно быть, север, значит дорога к Споку… там. На востоке.

Голди поднялась на ноги. Он могла бы съесть еще по меньшей мере пять булочек. Ей также очень хотелось пить, и журчание воды под мостом было похоже на пытку. Но она знала, что вода в каналах очень соленая и полна болезней, поэтому девочке пришлось заставить себя не думать о звуках вокруг.

Улицы Джуэла ночью очень отличались от того, что было днем. Дома словно смотрели на Голди, как живые. Девочке показалось, что она слышала шаги или чье-то зловещее дыхание за своей спиной. По коже пробежали мурашки и, достав ножницы, она резко обернулась, стараясь уловить малейшее движение, но увидела только тени.

Когда она подошла к одному из мостов через канал Мертвой лошади, то услышала, как кто-то насвистывает незамысловатую мелодию. Девочка замерла. На другом конце моста, наполовину скрытый за парапетом, спиной к ней стоял мужчина.

Как можно тише Голди ушла прочь. Чуть дальше был другой мост, канал можно перейти там.

Но когда она дошла до второго моста, она увидела темную фигуру, прислонившуюся к каменной арке. И снова тихий свист. Это был тот же самый человек!

Голди отступила обратно в тени, выставив перед собой ножницы, словно это был нож. Кто он такой? Она не могла его разглядеть полностью, но ей показалось, что на нем была точно такая же куртка, как и на мужчине, который смотрел на нее на улице и на церемонии Разделения. Неужели это он? Неужели он следит за ней? Что ему нужно?

Она вспомнила рассказы о работорговцах. О капитане Рупе. О том, как изобретательно он заманивал Разделенных детей в ловушки. И о том, насколько невинным он мог выглядеть, пока не становилось слишком поздно.

Этот человек выглядел достаточно невинным. Он стоял к ней спиной, словно не знал о существовании Голди. Но он точно знал. Она была уверена в этом. Он слышал ее шаги даже когда свистел. А также дыхание и испуганный стук ее сердца…

Она отшатнулась, стараясь не дышать. Когда девочка оглянулась, человек не шевельнулся. Ее сердце немного успокоилось.

Но когда она подошла к следующему мосту, мужчина уже был там.

Внезапно он стал выглядеть еще более зловещим. В каждой тени, казалось, скрывались людей капитана Рупа. В каждом звуке чудился скрип весел Чайки Наткин. Свист мужчины… Изменился? Это сигнал? Может быть в этот самый момент к ней сзади подкрадывается Старая Леди Скинт?

Голди пошла назад. Теперь она не шла на восток, она просто хотела сбежать от человека в черной куртке.

Но каждый раз, когда она думала, что ей это удалось, он снова появлялся.

На другой стороне площади.

В дверном проеме.

Или посреди улицы.

Он ни разу не оглянулся и не посмотрел на нее. Он даже не двигался. Но, тем не менее, он вел ее по городу.

* * *

Голди прислонилась к стене тупика. Она очень устала. Так устала, что бояться уже просто не было сил. Что было очень кстати, поскольку с этой улицы не было другого выхода, кроме того пути, которым она пришла. И уж будьте уверены, странный мужчина наверняка стоит там и ждет, когда она придет.

Со стоном она опустилась на землю. Девочка не имела ни малейшего понятия, где она сейчас находилась. Она помнила, что поднималась на холм с богатыми домами по обеим сторонам дороги, но в Джуэле было несколько холмов, и она могла быть на любом из них.

Голди было все равно. Она хотел лечь и уснуть. Если работорговцы все же придут, им придется ее нести. Она больше не пройдет и шага.

Но прежде чем она закрыла глаза, свежий ночной ветер коснулся ее лица и принес с собой запах, который ни с чем невозможно было спутать. Запах свежевыпеченного миндального печенья.

Глаза Голди широко раскрылись.

В дальнем конце тупика стояло безобразное каменное здание. Величественные дома по обеим сторонам нависали над ним, словно стараясь выдавить с улицы. Но дом выглядел упрямцем. Совсем как старик, который наотрез отказывался покидать любимое кресло. Запах печенья доносился из его открытых дверей.

Голди поднялась на ноги и направилась к ступенькам входа в маленькое здание. Запах вел ее вперед, словно обещая что-то. Через тускло освещенный холл. Под каменную арку. В дверь, которая была очень похожа на кабинетную.

У девочки осталось достаточно благоразумия, чтобы остановиться в сомнении. Комнату освещали газовые фонари, но здесь было также пустынно, как и в холле. В центре стоял старый стол и на нем, на большом блюде, аккуратной горочкой были сложены миндальные печенья. Тут же рядом стоял стакан молока. Голди неуверенно прошла вперед и, взяв стакан, подумала, что сейчас умрет от счастья.

Залпом ополовинив стакан, она съела шесть печений. Затем, допив молоко, съела еще три. Все это время она осматривала кабинет.