Еще секунду назад конвейер неумолимо тянул нас навстречу смерти, а уже в следующий момент раздался оглушительный грохот, лента дернулась и замерла. А затем все стал заполнять густой черный дым. Ничего не было видно!

– Повезло нам, – сказал я Груту. – Наверно, в механизм что-то попало. Теперь мы сможем выбраться и взять эндотермическое ядро.

Задымление было для нас подарком, а от кого он – мне было не важно. Я просто его принял. Мы услышали крики рабочих, народ суетился, пытаясь починить конвейер, или что у них там сломалось. Судя по звукам, они подходили все ближе, и вскоре кто-то оказался совсем рядом.

Я схватил его за ногу и потянул вниз. Он не мог разглядеть нас в дыму, пока я не втащил его в наше с Грутом убежище. Видели бы вы его лицо! Он был готов к чему угодно, только не к нам.

Рабочий попытался закричать, но Грут отбил у него это желание ударом своей лапищи. Себе на заметку: никогда его не злить.

Мы сняли с рук обмякшего рабочего жаропрочные перчатки. На тыльной стороне одной из них оказался небольшой чип.

– Я есть Грут!

– Ага, вижу, – ответил я.

Я тоже понимал, что это значит. Чип гарантировал нам пропуск в любой уголок предприятия – именно с его помощью рабочие передвигались по территории завода. Я надел перчатки, и мы с Грутом побежали сквозь дым.

Добравшись до края конвейерной ленты, мы по-прежнему ничего не могли разглядеть. Я полагал, что где-то поблизости должна быть лестница или что-нибудь похожее – рабочие ведь как-то спустились.

Но где нам ее искать?

Времени было в обрез. Дым понемногу рассеивался, послышались крики – кто-то из рабочих уже обнаружил своего пострадавшего коллегу. Эти ребята были в ярости.

Ну что за народ.

Дым рассеялся еще немного, и мне удалось разглядеть на стене прямо перед нами, всего в паре метров, перекладины навесной лестницы.

– Грут, нам нужно туда. Действуй!

– Я есть Грут.

– А ничего другого я придумать не могу.

Тогда Грут наклонился, практически параллельно полу, дотянулся до одной из перекладин лестницы и ухватился за нее. Я запрыгнул ему на спину, прошелся и начал взбираться. Грут последовал за мной.

Казалось, все наладилось.

Но это всего лишь казалось.

ГЛАВА 8

Первым, что я увидел, забравшись на вершину лестницы, было дуло автомата. Парень, который его держал, выглядел так, словно впервые держит в руках оружие. Его трясло, верхняя губа дрожала, и весь он отвратительно вонял потом. Смотреть противно.

– Послушай, – обратился я к нему спокойным, ровным голосом, стараясь звучать убедительно. – Дело вот в чем. Мы оба понимаем, что я сейчас выбью оружие у тебя из рук, мой товарищ стукнет тебя по голове и ты вырубишься.

– С-стой где с-стоишь! – ответил тот, не в силах унять дрожь.

Он мог застрелить меня чисто случайно, просто от испуга. Не о такой смерти я мечтал.

– Я бы с радостью постоял, – продолжил я. – Правда. Но это не выход. Поэтому давай не будем все усложнять и...

В следующий момент через мое плечо прямо по голове напуганного охранника хлестнула лоза. Сильно. Тот упал и выронил оружие, которое тут же выпустило весь свой заряд, едва не попавший мне в лицо. Охранник ударился головой о металлический пол и тут же отключился.

– Надо учиться вести переговоры, – сказал я Груту, поднимая оружие с пола. – Из-за тебя я чуть не погиб!

– Я есть Грут, – вот и все его оправдание.

Хотел бы я иметь такие нервы.

И все же поступок Грута меня обрадовал. Такому здоровенному типу можно и не быть разговорчивым. Он просто выполнял свою работу, не тратя времени на шум и слова. Мне очень повезло с партнером.

Только ему об этом не говорите. А то вобьет себе в голову, а мне потом выслушивать.

Преодолев очередное препятствие, мы побежали по коридору, к отсеку центрального управления. Исходя из того, что нам сообщил Скурт, именно там должно было находиться эндотермическое ядро. Весь персонал был, по-видимому, занят внизу, пытаясь понять, что случилось с конвейером. Даже не представляю, как бы мы здесь оказались, если бы не поломка.

Мы подошли к двери центрального отсека и увидели табличку с надписью «Опасно».

– Похоже, нам сюда, – сказал я и распахнул дверь. И, разумеется, мы тут же увидели эндотермическое ядро. Оно было совсем крошечным, не больше лесного ореха, и ярко сияло даже сквозь метровую толщину бетонного перекрытия. Мы даже отвели взгляд.

Никогда не судите о вещи по ее размеру. Это равносильно тому, чтобы меня считать невинным милашкой только из-за того, что я не великан. Ошибаетесь, ребята.

– А теперь самое главное, – обратился я к Груту. – Надо найти способ выключить ядро, положить рядом с ним ту штуковину, которую дал Скурт, и втянуть его. А потом сразу мотать отсюда.

– Я есть Грут.

– Кому ты это рассказываешь.

* * *

ЗАПИСЬ 3X-AFVM.24.62

Было у вас когда-нибудь, чтобы вот прям ваш день, когда все получается и ничто не в силах его испортить?

Для меня тот день был явно не из таких.

– Я есть Грут, – повторял он снова и снова.