Читаем Московские эбани полностью

— Водка… пиво…

— Может быть заряженную воду продавать? — встрепенулась Зинаида. Говорят, если вокруг бутылки с обыкновенной водой руками поводить и в это время думать о чем-то, то сбудется. А почти все кто в этот день гуляет с войны — из Чечни, или ещё с Афганистана… Вот если настроиться на быстрое заживление ран, то…

— Все, девки! Я в ваши игры не играю. Вы давайте сами там разбирайтесь, а я посмотрю. — Пятился задом Якоб.

Виктория устало посмотрела на Зинаиду. — Бизнес не такая уж сложная штука, надо только жестко придерживаться выбранных правил. И логики. Давай, думай! Раньше, я помню, народ по этому поводу собирался в парке культуры имени Горького.

— И сейчас — молодежь, а старики на Поклонной горе.

— Отлично. Если не алкоголь и сигареты — что молодежь, недавно пришедшая из армии, скупит разом?

— Не знаю я.

— Ну… что-то же ещё скупит?

— Бутерброды с сосисками?.. Флажки?.. Шарики?..

— Продукты… Шарики… Нужны им шарики. Скорее презервативы. Сказала Виктория и судорожно начала листать товары и цены.

— Ой, да вы чего? Чтобы я да эту гадость продавала?!

— Не продавать надо, а предложить продавцам и потом развести по ларькам.

— Нет. Не буду я.

— Я же тебе не наркотики предлагаю, милая!

— Но это похуже будет. — Убежденно ответила Зинаида — А если увидит кто из знакомых? — И глаза её и без того большие расширились.

— По-моему ты бредишь. Подумай — долго ли ты вот так безрезультатно просидишь здесь?

— Я не сижу и бездельничаю, я сюда на работу хожу. А то, что никого нет, так в этом не моя вина.

— Послушай, я не понимаю, — Виктория встала со стула и впритык уставилась на Зинаиду, — Зина, очнись! Зачем мы с тобою затеяли все это дело? Деньги зарабатывать или?..

— Вот вам нужны деньги, вы и зарабатывайте. А мне пока зарплаты хватает. — Проворчала машинально Зинаида, по всей видимости, даже не понимая, что говорит.

Изумление таким ответом Виктория поднесла руку к её лбу:

— Вроде температура нормальная… Почему же ты не понимаешь — у тебя нет никакой зарплаты. Те деньги, которые я дала тебе на первое время, чтобы протянуть, скоро кончатся. И не деньги я тебе дала, а шанс приобрести свой бизнес.

— Но не такой же!

— Никто тебя не просит заниматься этим постоянно, но тебе предлагается сделать хоть минимальный изначальный капитал. А как ты думаешь — он делается?

— А что ж вы одна не сделаете?

Виктория глубоко задумалась. Она никак не могла понять, где тот порог понимания происходящего, который не способна переступить Зинаида и почему она, желающая ей добра, не может ей помочь. А ведь было все так просто — ей казалось, — вручи она девочке то, чего она хочет — собственное дело, научи её, не наставлениями, как все, а совместным трудом зарабатывать деньги, дай ей возможность ощутить весомость первой заработанной суммы и все — человек, так сказать, встанет на ноги. И зачем она только ввязалась в это дело?..

Захотелось уйти, оставить и эту Зинаиду, и постоянно полусонного Якоба. Уйти и не видеть их никогда. Она уже было сделала шаг к двери, но мысль о том, что таким образом она распишется в собственном бессилии, глупости, остановила её.

— Так. Ладно. Все будет, как было.

— То есть как?

— Мы также все поделим на троих. Только ты будешь сидеть покуда здесь, на телефоне, это тоже нужно, мало ли чего, а я с Якобом поеду…

"Поедет с тобою Якоб, как же" — обиженно думала вслед уходящей в комнату Якоба Виктории Зинаида.

Она пыталась прислушаться — о чем они там говорили, но говорили они почему-то на этот раз тихо.

На самом деле Виктория попыталась изменить тактику, поняв, что прямо и просто с ними говорить нельзя: — Яш, ну поехали, пожалуйста. — Уже не диктуя, а скорее ноя, подошла к лежащему на диване Якобу.

— Да ну…

— Яш, но у меня машина барахлит. Поехали на твоей! Она больше.

— Я, кажется, пива выпил с утра.

— Хорошо, дай мне ключи от твоей машины.

— Нет. Ключи не дам. Машину бабам не доверяю.

— Яш, но очень нужно.

— Очень? Ну, поехали. Все равно делать нечего. — И он, лениво потянувшись, встал с дивана.

Лишь в машине спросил:

— А зачем поедем-то?

— Так, по одному адресу товар посмотреть. Вдруг выгорит? — ответила Виктория, не намереваясь более тратить времени на обсуждение.

Праздничное настроение покупателей, начавшееся ещё за день до праздника, заставило их покрутиться — на вырученные деньги срочно закупать товар, и снова раскидывать по киоскам. Так вложенные Викторией всего двести долларов, прокрутившись несколько раз, в полусотне киосков оказались тремя тысячами.

Получилось так, что, выйдя из офиса двадцать первого февраля, они оба появились в нем лишь вечером двадцать пятого.

Все эти ночи Якоб спал в квартире у матери. То, что он не ночевал в офисе, не осталось незамеченным Зинаидой, а Виктория постоянно звонила ей, спрашивая, как дела и коротко сообщала: — У нас все идет хорошо. Сиди и жди.

Три дня Зинаида просидела в офисе совершенно одна. Догадки мучили её. В одном не было сомнения, — Якоб и Виктория спелись за её спиной. Она теперь будет третьей лишней.