Читаем Моя плоть сладка полностью

– В то время почтой заведовала Дженни Сильвер. Ее муж работал начальником станции. Курьезная это была пара! Но тут главное то, что «Вестерн юнион» и федеральная почта относились к одному ведомству. Теперь слушайте внимательно. Дон вернулся домой на целую неделю раньше. Если бы он телеграфировал Тамаре, чтобы она его ждала, телеграмму бы прочел Сильвер. Если бы Дон написал Тамаре, Дженни не удержалась бы, сунула нос в письмо и сказала бы об этом Селесте. – Старик замолчал, ожидая реакции со стороны Коннорса. – Вы понимаете, что я хочу сказать?

– Нет, – признался Коннорс. – Очень сожалею, но ничего не понимаю.

Карсон снова нетерпеливо сплюнул.

– Может быть, Мак ошибся на ваш счет? Вы действительно пишете детективные романы? Слушайте же! Дон вернулся домой в два часа с молочным поездом. Он приехал неожиданно, и ни его брат, ни Селеста не встречали его на вокзале. В последний раз Дона видели той ночью, когда он направлялся по тропинке к своему коттеджу. Чтобы попасть туда, он должен был пройти мимо барака, в котором жили Пабло с Тамарой. Так вот, до этого места все идет хорошо… Но теперь объясните мне рот что: откуда Тамара могла знать, что Дон вернулся? Каким образом она могла быть предупреждена, чтобы избавиться от Пабло? Или это просто случайно Дон остановился на полдороге, чтобы сунуть нос в кровать Тамары в два часа ночи? Мне это кажется не очень-то логичным. Нужно было, чтобы Дон подождал, пока уйдет Пабло. Потом Пабло должен был неожиданно вернуться и застать Дона в своей кровати. Нужно было, чтобы Пабло угрожал Дону ножом или ружьем, чтобы Дон убил его. Дон вовсе не был человеком, способным всадить в спину нож ради собственного удовольствия. – А тело Пабло нашли в бараке?

– На пороге комнаты, один нож был зажат у него в руке, а другой торчал между лопатками. Одеяло и простыни были изрезаны ножом, мебель сломана. Да, там произошла хорошая драка! А вместе с тем я вспоминаю, что тогда очень удивился, что там было так мало крови.

Коннорс смотрел на реку и не слышал шума воды. Он, наконец, постиг! Он теперь знал, кто убил адвоката Санчеса. Он знал, кто убил Макмиллана. И он знал, кто ждет его в коттедже Хайсов. Стараясь не выдать своего волнения, он спросил безразличным тоном:

– А кто нашел тело?

– Джон, – ответил Карсон. – На следующее утро он пошел поговорить с Пабло относительно нового номера, так как в обязанности Пабло входило следить за канатом, на котором танцевала Тамара. Джон хотел купить кое-какое снаряжение, как только Дон вернется с деньгами.

– Понимаю, – произнес Коннорс и снова задал вопрос: – Макмиллан мне кое-что рассказывал перед смертью, и я думал об этом не раз… Вы были в тот день в цирке, когда рабочие сорвали брезент, отгораживающий угол, где обычно одевалась Селеста?

– Да, был. – Выцветшие глаза Карсона зажглись При этом воспоминании. – Это было самое прекрасное зрелище, которое я когда-либо в своей жизни видел. И я никогда не считал, что Селеста поступила как девка, как это расценил Дон. Ба! Скажем, почти как девка. Она была молода, красива и знала это. Она знала, как действовало ее обнаженное тело на присутствующих мужчин. Ведь она была женщиной, и ей это нравилось. Если $ы я родился женщиной, мне тоже было бы приятно сознавать свою красоту. Поверьте, мистер Коннорс, это было великолепно. Ночь, ветер, свет прожекторов, ржание лошадей, рычание львов и трубные звуки слонов – это было похоже на конец света. Каждый присутствующий мужчина понял, что должен был испытать Адам, когда впервые увидел Еву.

– А Джон Хайс присутствовал при этом?

– Да, он тоже был там. И он как дьявол накинулся на Дона, когда тот, злобно глядя на Селесту, назвал ее шлюхой. Джон сказал ему, что Селеста отлично держалась в такой ситуации. И добавил, что если Дон еще раз Поднимет на Селесту руку, то, несмотря на то что Дон ему брат, он… убьет его… – Голос старика стал тише и последние слова он произнес неуверенно. – Ладно! – Сказал он наконец. – Ладно! – Он отошел от машины. – Мне кажется, лучше заняться своей лошадью.

Коннорс еще некоторое время сидел и смотрел на старика, а потом направился в Блу-Монд.

Вся восточная сторона улицы теперь находилась в тени, поэтому на ней было больше пешеходов, машин и повозок фермеров, выстроившихся вдоль тротуара. Эд остановился перед аптекой. Аптекарь выполнял какой-то заказ, служащий мыл стаканы, две школьницы пили шоколад и смеялись.

Коннорс прошел в телефонную будку и вызвал дом Хайса.

– Говорит Коннорс. – Представился он служанке, которая ему Ответила. – Мисс Хайс вернулась?

– Нет еще, – ответила служанка.

– А мистер Хайс дома?

– Нет, его тоже нет. Я огорчена…

– Ничего, – прервал ее Коннорс. – Вы сможете кое-что передать ему? Скажите, что я уехал в Сан-Луис по делу, о котором мы говорили сегодня с ним в его конторе, и что я не вернусь к обеду. Скорее всего, вернусь очень поздно. Может быть, даже не раньше завтрашнего утра.

– Да, сэр. Я передам ему все это, мистер Коннорс, – ответила служанка.