Читаем Мой Проклятый Север полностью

— Как ты понимаешь, на Одаренных раньше экспериментов не проводили, — развел руками ректор. — Но так «удавка» работает с темным даром, да.

Тарий громко стукнул кулаком по столу.

— Иртон ответит за все, — глухо сказал он. — Клянусь Темным Отцом, я верну твою магию, Золотинка.

От ужаса, что могу никогда не получить обратно свой полный резерв, я задрожала. Усилием воли заставив себя не думать о страшном, я обратилась к ректору с другим мучавшим меня вопросом:

— Профессор Брух, а если Одаренному… Точнее, бывшему Одаренному, потерявшему дар — его высосал Проклятый, передать через «удавку» темную силу? Одаренный сможет колдовать?

— Не вижу причин, почему нет.

Я задумалась. Мне не давали покоя мысли о колдующей в лагере сестре. И хоть она и утверждала, что мне это привиделось, где-то в глубине души я все это время понимала, что Элира врет. Но у меня не было ни предположений, каким образом сестра могла вернуть себе дар, ни доказательств.

— То есть… Одаренный станет Проклятым? — продолжила выяснять я.

— Верно. Наше тело — лишь сосуд. Чем наполнишь, тем и станешь. Почему ты спрашиваешь?

Вот из-за чего Гиил не почувствовал в Элире магии! Ведь Проклятые чувствуют лишь Одаренных! Картинка сложилась.

— Уверена, что советник Иртон вернул моей сестре дар. Дар, который он забрал у Проклятого.

Я рассказала мужчинам о своих догадках. Оказалось, что Тарий не помнил то столкновение с Элирой. Ректор предположил, что сестра воспользовалась артефактом молчания, который на короткое время мог «перебивать» реальность тех магов, на кого был направлен.

— Но что понадобилось от тебя Элире? — удивилась я.

— Думаю, то же, что и Арруху, — сжал губы Тарий и хмуро глянул на ректора. — Не хочешь вернуть мне память, Леброн?

От удивления у меня приоткрылся рот. Так это ректор применил к куратору «забвение», вычистив все воспоминания обо мне? Но зачем?

— Зачем вы сделали это? — не выдержала я.

— По его просьбе, конечно, — кивнув на Тария, ответил Брух.

Я непонимающе глянула на куратора.

— Мы все тебе объясним, Золотинка. Но позже.

Пока мужчины занимались возвращением памяти — а такая работа требовала сосредоточенности, тишины и большого количества времени, я решила изучить дом.

«Никто из сообщников Иртона сюда не попадет. Вы с Тарием в безопасности», — успокоил ректор.

Но экскурсия у меня вышла короткой. В первой же комнате я увидела широкую, усыпанную подушками кровать. Широко зевнув и мечтательно посмотрев на мягкое и такое уютное ложе, я решительно зашла внутрь. Вероятно, спальня была гостевой — на старинном, с изогнутыми ножками деревянном комоде лежали свежие полотенца. А в ванной комнате стояли баночки с мылом для тела и волос и висели чистые халаты.

С наслаждением помывшись и облачившись в один из пушистых халатов, я вышла из ванной и забралась на кровать. Пообещав себе, что прилягу совсем на чуть-чуть, на полчасика, я опустила голову на подушку. И мгновенно провалилась в глубокий сон.

Очнулась среди ночи, почувствовав, что меня придавило чьей-то теплой тяжелой рукой, и неспокойно завозилась.

— Ш-ш, Золотинка, это я. Спи. Отдыхай. — Тарий легонько поцеловал меня в висок, отчего по телу побежали приятные мурашки.

— Ректор снял с тебя «забвение»? — пробормотала я, теснее прижимаясь к мужчине.

— Да. — Его горячее дыхание опалило мне ухо. — Спи, девочка моя.

— Когда ты догадался, что это ректор заблокировал тебе память? — Еле ворочая от усталости языком, спросила я.

— Когда понял, что Арруху нужны мои знания о древней магии. Я сменил фокус и стал думать не «кто из Одаренных мне навредил», а «кто из Одаренных мне помог».

— А…

— Все вопросы подождут до завтра, Золотинка. Тебе нужно отдохнуть, — шепнул он и осторожно прикусил мочку уха, вырвав из моих губ стон.

Светлая Мать, как приятно.

— Но это важно, — запротестовала я. — Ты больше не хочешь высосать мой дар?

— Нет. — Он напрягся. — Сначала я предположил, что это от ношения вирриловых браслетов сохраняется эффект, но после слов Леброна сопоставил время…

— Это из-за «удавки», да? — грустно уточнила я. — Во мне осталось так мало дара, что ты его почти не чувствуешь?

— Увы. — Крепко обхватив руками, он повернул меня к себе и вдавил в свою широкую грудь. — Мы все обязательно исправим, ясно?

Уткнувшись в его ключицу, я покивала головой и застыла, не шевелясь. Несмотря на все сложности, опасности и страхи, в этот момент я была счастлива. В стальных объятиях любимого.

«А он тебя любит, Альяра?» — зазвучал в голове проникновенный голос сестры. «Или просто использует для своих Проклятых дел?».

Я слегка отодвинулась от Тария и набрала воздуха в легкие. Собираясь с силами задать терзавший меня вопрос.

Слова почти сорвались, но застряли в горле. Поэтому я выдавила что-то похожее на «хр-пр-ссс» и закашлялась.

— Что? — переспросил Тарий.

— Спокойной ночи, — откашлявшись, прохрипела я и повернулась на другой бок.