Читаем Мой генерал Торрихос полностью

Правые же заявляли, что эти договоры по Каналу ничего не стоят и не заслуживают того, чтобы принимать их во внимание. С их лицемерным и циничным патриотизмом, который никогда не угрожал им потерями ни их жизней, ни их денег, они заявляли, что после 2000 года Договоры фактически легализуют вмешательство американцев. На что генерал отвечал им, что потенциальное вмешательство — меньшее зло, чем настоящее, действующее. А мой друг, профессор истории и философии Рикарте Солер, сформулировал это так: «США обеспечили своё юридическое право на вмешательство после 2000 года для защиты Канала. Таким образом, нынешнее фактическое физическое вмешательство заменяется правом на физическое вмешательство. В переговорах по Договорам Торрихос — Картер, США, совершили путь предоставления конкретных уступок в обмен на свои абстрактные права». Посему не стоит даже спорить с теми, кто не пожертвовал ничем в своём так называемом патриотизме.

Подписание в Вашингтоне договоров по каналу 7 сентября 1977 года

Альтернативой наших переговоров было обострение всех противоречий с янки и решение всех проблем одним ударом. Как это было сделано в Чили и в Гренаде. Это и было позицией ультралевых, «безошибочных в своей ошибке», как сказал об этом тот же Рикарте Солер.

Правда, пример Чили здесь не подходит. Альенде пал не потому, что действовал радикально, а потому, что действовал недостаточно радикально. Ещё одно верное определение ультралевым даёт их же собственный лозунг: «Чем хуже, тем лучше». И тут я снова цитирую Рикарте.

Генерал Торрихос определял их как тех, «кто, чтобы не делать революцию сегодня, откладывает её на будущее, в котором она никогда не свершится». Некоторые называют это их «забеганием вперёд». На деле это не бег вперёд, а «побег» от реальных дел.

Генерал — человек, порой очень эмоциональный. И должен был бороться против романтических альтернатив ультралевых. Довольно часто напоминая, что его терпение имеет предел и что оно к этому пределу подходит. Такие конфронтации попахивают порохом с оттенком героизма, что по душе всякому военному человеку.

Ромуло Эскобар Бетанкур, главный переговорщик генерала по Договорам о канале

Однажды поздним вечером в его офисе на 50-й улице собралось довольно много наших. Друг генерала Рони Гонсалес, Перес Бальядарес, поэт и директор группы Университетского кино Педро Ривера, представитель Панамы на переговорах с США по Каналу Ромуло Эскобар Бетанкур и министр иностранных дел Николас Гонсалес Ревилья.

Эрнесто Перес Бальядарес

Не помню, что там обсуждалось. Вдруг генерал встал и задал нам всем неожиданный вопрос, проверяя на нас свои соображения, в которых он, как оказалось, пребывал, пока мы говорили: «А что если я атакую?» Сначала мы не поняли, о чём речь, мы были «не в теме». Не в его теме. Потом, глядя ему в глаза в наступившей тишине, стало понятно, что его вопрос был таким: «А что если я атакую и разрушу Канал?»

Его взгляд был подобен пущенной по кругу бумаге для нашего голосования. Не для решения пока, а для наших мнений по этому вопросу. Мы начали отвечать молчанием, жестами, словами в стиле: «Как решите, как прикажете, генерал». Кроме Педро Ривера, который сказал: «Это безумие, генерал». Потому что это действительно было бы безумием. И генерал хорошо знал это.

А Педро тогда был как тот ребёнок в сказке, один из всех воскликнувший: «А король-то голый!..» К счастью, следующим был Ромуло Бетанкур, который согласился с Педро.

Ромуло, кроме того, объяснил это с той диалектической чёткостью, которая известна мне ещё с нашей юности. Ещё школьником он как-то получил премию на международном ораторском конкурсе в Мехико. А говорит Ромуло хорошо, потому что он думает правильно.

Такие люди левых взглядов, как Педро Ривера, Ромуло Эскобар Бетанкур, Фидель Кастро, всегда рекомендовали генералу быть умеренно осторожным. В противоположность ошибочному мнению тех, кто считает левые силы злонамеренными и жестокими.

Генерал к тому же знал, что переговорный процесс даёт время для того, чтобы сама История подставила своё плечо, сберегая драгоценную кровь патриотов из народа и его молодёжи, даёт нам возможность продолжать эти переговоры, подстёгивая ход Истории.

Он говорил, что Договоры по каналу «заменяют боль в сердце на боль от камушка в ботинке», хотя он и не собирался терпеть эту боль до 2000 года. Собирался «долбать и долбать янки дальше», как сказал по этому поводу Габриэль Гарсиа Маркес, которому позволено использовать любые выражения и слова, как одному из соавторов всего нашего словаря.

Я видел очень близко выражение лица, когда он подписывал эти договоры в Вашингтоне, и это было лицо, выражающее неприятие того, что он делает, и самого себя в этот момент. Была одна фотография, хорошо отражающая противоречивые чувства, охватившие его в тот момент, но я не смог её найти.