— Простите за беспокойство, шериф. Тут одна дама, которая говорит, что знает кто это сделал.

— Какого черта ты ждешь, Клейтон? Приводи ее.

Вероника зашла в дверь, делая руками триумфальное движение.

— Та-да!

Мгновенно, темный румянец прошел по щекам Лэмба, его губы сложились в усмешку, которую большинство людей готовят для дерьма на их обуви.

— Ты, — сказал он, его голос был тихим и злобным. Из-за потрясающего самоконтроля она не ответила ему «Я!»

— Слушай, Лэмб…

— Выведи. Ее. Отсюда. — Выплюнул он, выделяя каждое слово, как будто рвал зубами предложение.

— Послушай меня минуту! — она положила руки ему на стол. — У меня есть информация по открытому делу. Большому.

— Как будто я поверю маленькой Мисс Легкомысленный Иск, — он повернулся к Норрису. — Она змея в траве, Клейтон. Все что она нам скормит, будет ядом. Выведи ее отсюда и если она вернется, предъяви ей ложный донос.

Норрис заколебался.

— Вы хотите, чтобы я принял ее донос до того как выгнать ее, шериф?

— Хорошо, — Вероника сделала шаг назад от Норриса и подняла руки. — Я уйду. Но окажи себе услугу и проведи тест на люминол в номере 3031 «Гранда». Я тебе гарантирую, ты там найдешь кровь.

Она повернулась к двери и хотела уйти. За ней раздался коротким, резким лаем голос Лэмба.

— Погоди.

Она остановилась, натянув на лицо циничную улыбку. Когда она повернулась, Лэмб облокотился на предплечье, слушая.

— Я думал, что у нас уже есть ДНК-доказательство по этому делу, — сказал он.

— Да. И оно совпадает с моим подозреваемым. Но он заявляет, что секс произошел по согласию, — она помедлила. Он в любом случае узнает, раньше или позже. — Жертва — девушка по вызову. Полиция в Сан-Диего допросила его, но его адвокат и он сам вышли меньше чем через час. Он говорит, что с ней все было хорошо, когда она вышла из номера, что кто-то еще атаковал ее после того как у них был секс. Все знают, что он врет, но в Сан-Диего глубже копать не стали. Конечно, преступление совершено в твоей юрисдикции, так что ты можешь доказать, что преступление было совершено в его номере и достать ордер на его телефон, его компьютер…

— Погоди, погоди, — Лэмб покачал головой. — Ты из ума выжила, если думаешь что я на это куплюсь. Проститутка?

— Которую изнасиловали, — сказала она. — И душили. И избили так жестоко, что она две недели лежала в больнице.

Медленная, противная улыбка расползлась по лицу Лэмба.

— Да, но если она проститутка, это не столько изнасилование, сколько кража в магазине, не так ли?

Норрис застыл рядом с ней. Какое-то мгновение Вероника не могла вдохнуть. Она смотрела через стол, ее зрение сосредоточилось на одном — ухмыляющемся лице Лэмба.

— Девушка почти умерла, Лэмб. И ты знаешь так же хорошо, как и я, что сексуальные насильники не остановятся, пока их не поймают. Когда этот парень убьет кого-то, кто, по-твоему, заслуживает правосудия — потому что он убьет, — я удостоверюсь, что все знают, что ты отказался это расследовать.

Она развернулась и вышла из его кабинета, громко захлопнув за собой дверь.

ГЛАВА 33

Национальное кладбище Тахомы было участком с пышной зеленой растительностью где-то в пятидесяти километрах к югу от Сиэтла. Вдалеке гора Рейнир неясно вырисовывалась в дымке, бледная и окутанная облаками.

Такси Вероники приехало на стоянку за двадцать минут до того как должна была начаться служба. Она вылетела самым ранним рейсом из Нептуна, но взлет задержали, заставляя ее нервничать и сердиться во время трехчасового путешествия. «Я надеялась на бесполезную попытку», — подумала она, невидяще уставившись в окно. «Почему я думала, что смогу убедить Лэмба что-то сделать, даже отдаленно полезное? Почему я просто не поехала с Логаном? Он нуждался во мне и, как и всегда, я выбрала работу. Я сделала неправильный выбор». В аэропорту Сиэтла она переоделась в туалете, в черное шелковое платье слегка измятое в сумке.

Теперь она остановилась у информационного центра кладбища, чтобы узнать где находится место погребения, и пошла быстрым шагом по газону. В груди быстро стучало. Она никогда не любила похороны. Не то чтобы кто-то их любил, конечно, кроме может облаченных в сетку и кружева фанатов «Уанайрой». Но даже задача похорон — «завершение», шанс на горе — ее не привлекала. Может потому что большинство людей, которых она потеряла, у нее отняли, жестоко. Ее стратегия в почитании мертвых заключалась в действии — раскрыть загадку, наказать преступника. Но что делать, если наказывать некого? Когда нет никаких ответов? Как пережить такую потерю и не сойти с ума?

У нее ушло десять минут, чтобы найти нужное место. Ряды белых складных стульев стояли на большом каменном патио. Где-то около ста человек сновали по территории, многие одеты в парадную форму, большинство из них офицеры, но было и несколько моряков в белых головных уборах.

Увеличенное фото Бильбо стояло на подставке. На нем был изображен филиппинец с мальчишеским лицом, его глаза освещала улыбка. Рядом с ним стоял американский флаг, все должно было выглядеть формально, официально, но казалось, Бильбо едва сдерживается, чтобы не засмеяться в голос.