Читаем Мировой Ворон полностью

Тени улыбнулись друг другу, радуясь моменту воссоединения — и как люди, и как воплощения Бритага и Рованоко. Они, наверное, единственные настоящие союзники в чертогах за пределами мира. Но у Бритага было немного силы, и если он будет так явно выражать свою симпатию Ледяному Гиганту, остальные могут разозлиться, и это ослабит их союз против Мертвого Бога.

— А ты? — спросил Магнус.

— Финиус, — ответил он. — Я избранник Бритага. Именно я пригласил вас сюда.

— У меня нет сил, чтобы помочь своему избраннику, — грустно заметил жрец. — Он сейчас в Тиргартене без совета и поддержки.

— Мы можем это изменить, — сказал Бром. — Если у нас будут силы, мы не бросим наших избранников сражаться в одиночку.

— Сильные слова, старый ворон, — одобрительно заметил Магнус.

Бром улыбнулся, и стал еще больше похож на живого человека.

— Спасибо тебе, старый ледяной бородач. За это я расплачусь памятью о моей земной жизни, но оно того стоит.

Финиус не знал, где кончаются тени и начинаются боги: на этой встрече в чертогах за пределами мира размывались все границы. Будь он простым человеком, он пришел бы в благоговейный трепет. Но сейчас он испытывал только любопытство.

Радужное сияние замерцало над еще одним стулом. Белый цвет перетекал в пурпурный, красный, синий, черный, коричневый, пока не слился в сплошное серое сияние и на стуле не появился еще один человек. Темноволосый, гладковыбритый, широкоплечий, он носил простую серую мантию. Он был тенью, служащей Одному Богу и народу ро.

— Я брат Ториан из Арнона, — представился священник. — И я говорю от имени Тор Фунвейра и Каменного Гиганта.

Магнус сурово посмотрел на него и побарабанил по столу толстыми пальцами. Напряжение между ними почти осязалось, особенно учитывая их места: Бритаг посадил их друг напротив друга. У Одного Бога и Рованоко сложилась непростая история противостояния; в прошлом они были как вернейшими союзниками, так и непримиримыми врагами. Давным–давно они вместе боролись с Шаб–Ниллуратом, но потом люди ро вторглись на Свободные Земли. Рованоко многое мог простить, но только не покушение на свободу своего народа. А Один Бог терпеть не мог все, что угрожало его тщательно выстроенной иерархической системе. По крайней мере, так было раньше.

— Пурпурный священник, — заметил Магнус. — Подходящий выбор.

— Бородатый варвар, — в тон ему ответил Ториан. — Как неожиданно.

Бром все еще улыбался — добродушие Мирового Ворона влияло и на его характер. Он не мог принять чью–либо сторону, даже если бы захотел. Он посмотрел на Финиуса, поднял брови и кивнул, передавал право говорить своему избраннику. Финиус обдумал, стоит ли пока помолчать и дать теням высказать друг другу все свои обиды, но не хотел, чтобы старая вражда разрушила все их усилия по созданию союза.

— Можно я тоже выскажусь? — спросил он осторожно. Магнус и Ториан будто его не заметили. Они сверлили друг друга яростными взглядами, словно хотели выразить в них все возможные оскорбления, на которые обязана ответить другая сторона. — Полагаю, вам есть что обсудить, но земли людей не могут ждать, пока вы снова подружитесь. Шаб–Ниллурат тоже не будет ждать. Выясните, кто кому причинил больше зла, немного позже. Сейчас вашим избранникам нужна помощь.

— Бритаг никогда не обманывал нас, — произнес Ториан, все так же глядя на Магнуса. — Но этот невежественный плебей недостоин нашего доверия. Он воплощение Гиганта хаоса, слишком непредсказуемого, чтобы ему доверять.

— А ты так же холоден и туп, как и Каменный Гигант, который говорит через тебя, — огрызнулся Магнус.

Тень Рованоко окутало облако морозного воздуха, будто он уже не мог сдерживать рвущуюся наружу ярость. Брат Ториан напротив него зарычал, мышцы на его руках напряглись, стали похожими на нерушимый камень. Финиус понятия не имел, что произойдет, если эти двое сойдутся в битве. Волна землетрясений прокатится по всем землям людей? Обрушатся горы, океаны хлынут на сушу? К счастью, ему не представилась возможность проверить свои предположения. Еще над двумя стульями появилось сияние, и Магнус с Торианом наконец–то перестали сжигать друг друга ненавидящими взглядами. Их божественная ярость угасла.

Бром продолжал улыбаться, но в уголках его глаз промелькнула грусть. И пока мерцающие вихри над пустыми стульями не обрели человеческую форму, все три тени уставились на Финиуса.

— Странно, — сказал он. — Здесь я чувствую присутствие Джаа… но сама тень потеряна… скитается по свету, будто не может найти своего избранника. — Он повернулся к другому стулу, над которым медленно клубился густой туман. — А кто это такой, я не знаю. Но он очень древний.

Магнус ударил кулаком по столу.

— Зато я знаю, кто это. — Он разразился громким хохотом. — А я уже и забыл про него! На старости лет я стал очень рассеянным Гигантом.