Гвендолин убила его быстро — схватила за волосы и резко провела доккальфарским клинком по горлу. Она всадила лезвие поглубже, пока не проткнула трахею, и каресианец захлебнулся собственной кровью.

— Слушайте! — рявкнула она. — Даже если все, о чем он говорил, правда — что это меняет? Что это может изменить?!

— Три стоили десяти, — пробормотал Саймон, и все взгляды обратились к нему. — В Коззе… когда мы с королевой и Тиром Каланом бились с Псами в темноте и дымном тумане. И тогда мы втроем побеждали десятерых — а ведь мы все страдали от ран.

Гвен отпустила волосы каресианца, и его тело сползло на пол шатра.

— Трое стоят десяти, — повторила она. — Мы лучше их — по доспехам, оружию, тактике, навыкам, боевому духу, и нам нечего терять — они уже называют нашу страну гребаными Землями Искривленного Древа.

Глава тринадцатая

Финиус Черный Коготь в Пределе Сестер

Рисунок был очень хорош. Финиус даже раскрасил траву и обозначил тени на стенах. На бумаге в его представлении Ро Хейл выглядел совсем иначе. В реальности это оказалась жалкая дыра, сотканная по большому счету из обломков серого камня и мерзкой погоды. Дождь, дождь, ветер, порывистый ветер, дождь, снег и опять дождь. Очень много дождя. Город вполне заслужил бы переименование в Ро Дождь.

— Что это? — спросил Винсент Стоголосый, тыкая в рисунок.

— Стены, придурок. Видишь? Нам нафиг не сдалась половина этих дурацких развалин, и мы из них построим стену. От Южного Стража на востоке и до моря на западе. И нам нужно обустроить каменоломни на севере.

— Высокая стена, — глубокомысленно заметил Винсент.

— Ага, — согласился Финиус.

Предел Сестер он представлял себе крепостью, воротами через построенную им стену.

— И нам нужно придумать для нее имя, — произнес Винсент. — Как насчет «Прихоть Винсента»?

— Как насчет «Стены мучительной смерти Винсента», придурок?

— Справедливо, — ответил тот. — Я просто предложил.

— Глупое предложение, — огрызнулся Финиус. — Иди кому другому его предложи.

— Мог бы и не повторять, — проворчал Винсент и вышел из полуразрушенного здания под дождь.

Как только он отошел подальше, на развалинах среди дождя показался чей–то внушительный силуэт. Он прыгал по мокрым камням, низко опустив огромную голову, а короткий хвост поджал между задними лапами. Добродушный из Белой Стаи решил остаться в Хейле. Он пока не сообщил причину своего решения, но Финиус надеялся через пару дней распознать что–нибудь осмысленное в его рычании и лае.

— Леди Бронвин тебя кормила? — спросил он и подал псу ладонь, чтобы тот ее обнюхал.

Пес казался чрезвычайно довольным жизнью. Он радостно вывалил язык и шумно дышал, похоже, совершенно не подозревая о страхе, внушаемом его размерами. Он не катался на спине, подставляя животик под почесывание, но Финиус мог отлично представить, как он это делает. Пес странным образом помогал всем вокруг успокоиться. Почему–то, когда рядом была собака, которую можно потрепать по холке, в сторону отходили и большие беды, и напряжение, и еще не выигранная война — оставались только улыбающийся человек и пес, отчаянно виляющий хвостом.

— Ты мне так всю репутацию испортишь, псина. Мои ребята привыкли к суровому капитану, который не тает от вида гончего пса–переростка.

Финиус глубоко вздохнул и сбавил шаг. Мозг у него соображал гораздо лучше, когда мысли шли методично и последовательно. Он свернул пергамент с рисунками и пошел прочь от внешней крепостной стены Хейла, а пес потрусил за ним. За спиной капитана пятьсот человек из Сумеречного Отряда разбирали разрушенные здания и помогали вернувшимся сюда остаткам Отряда Призраков обосноваться в подземных укрытиях. Его люди носили светло–синие плащи и с улыбкой встречали своего командира, никогда не спрашивая, откуда берутся его знания и мудрость. Они знали. Они просто знали.

Финиус спрыгнул с камня на мощеный внутренний двор, расплескал дождевую воду в луже и намочил сапоги. Добродушный скептически посмотрел на него сверху, а затем осторожно спустился по ближайшим ступеням.

Под началом Финиуса были мортиры и тележки, полные камней, сотни людей и город, который еще предстояло построить. Но он слышал зов ворона и понимал, что сейчас нужен в другом месте. Он вышел из полуразрушенных городских ворот на вымощенную темными булыжниками дорогу, ведущую на юг в Травяное Море, оставляя за собой горящие факелы. За руинами виднелась только растущая поодаль одинокая роща. Дальше до самого Канарна простиралась трава и пустота. Великолепно. Когда Предел Сестер окажется достроен, а стена закончена, здесь встанет крепость, готовая выстоять в темную грядущую эпоху, которую видел в будущем Финиус. Он знал: будущее еще не определено, но ему нравилось, что ему есть чем себя занять, пока тени собираются на совет.