Читаем Мгла полностью

После того как Карен ушла, Хюльда задержалась в кафе. Ей нужно было собраться с духом, прежде чем снова выйти на улицу, где царила весна, которая, как казалось Хюльде, возвещала скорее о близком конце, чем о начале новой жизни. Хюльда никак не могла смириться с тем, что ей придется уйти со службы, хотя это событие было предсказуемо и неизбежно. И дело было не только в прямолинейности Магнуса, которая повергла ее в шок, и не в том, что она вынуждена покинуть свою должность до срока. Хюльда в принципе была не в состоянии смириться с тем, что ей придется оставить службу в полиции. Она могла многое поставить в упрек своим коллегам, но понимала, что их общество – это неотъемлемая часть ее жизни. Лучше уж ссоры с ними и завистливые нападки, чем сидеть в четырех стенах и предаваться тягостным воспоминаниям о прошлом. Сколько себя помнила, Хюльда всегда плохо спала – даже до того, как ее стали преследовать повторяющиеся из ночи в ночь кошмары. Лишь работа в полиции не давала ей сойти с ума: уголовные дела, расследования, бремя обязанностей. Примером тому стала прошлая ночь, когда сон о Елене избавил ее от непрошеных воспоминаний.

Туристы ушли, и Хюльда осталась в кафе музея одна. Никому не было дела до исландского искусства или исландских яблочных пирогов со взбитыми сливками теперь, когда наконец-то выглянуло солнце. И хотя на улице все еще веяло холодком, от него всегда можно было где-нибудь спрятаться.

Вот, значит, что ожидает Хюльду, когда она выйдет на пенсию? Она собиралась позвонить Пьетюру и пригласить его на кофе, но решила не спешить – не хотела показаться слишком навязчивой.

А Доура еще спрашивает, может ли она сейчас говорить!

– Конечно, – ответила Хюльда, нисколько не кривя душой. – Сегодня утром я не услышала звонка. Надеюсь, ничего срочного.

– Абсолютно ничего. Я вообще не понимаю, почему вы все еще этим занимаетесь. Эта девушка давно умерла, и все, кажется, уже успокоились. Верно?

Хюльда прекрасно понимала, что Доура имеет в виду. Заступиться за Елену было некому, и полиция просто умыла руки. Хюльде даже стало стыдно, хотя ее вины в этом не было.

– Я тут вспомнила кое о чем. Ничего особенного, но вдруг для вас это важно.

Хюльда напряглась, обратившись в слух.

– За ней как-то заезжал один человек. Я его раньше никогда не видела.

– Вот как?

– Да, если бы это был один из адвокатов, что с ними работают, я бы его узнала. И переводчика я бы узнала. Это был кто-то другой.

– Вы говорите, он за ней заехал?

– Да, я видела, как она садится к нему в машину. Совсем недавно об этом вспомнила. Машина стояла прямо перед общежитием. – Судя по голосу, Доура была весьма довольна собой, поскольку могла предоставить полиции новые сведения. – Я, еще помню, удивилась: куда это она с ним направляется? Она ведь с исландцами дружбы не водила.

– Так это был исландец? – спросила Хюльда, доставая блокнот и помечая для себя основные моменты в рассказе Доуры. Она почувствовала внезапный прилив энергии.

– Да.

– Откуда вам это известно? Вы с ним говорили?

– Я? Да нет. Я просто столкнулась с ними в дверях. Он, должно быть, попросил на проходной, чтобы ее позвали. У меня, по-моему, как раз начиналось дежурство.

– А почему вы думаете, что это был исландец? – спросила Хюльда.

– Ну, исландцев-то всегда можно распознать – они все на одно лицо. Понимаете, о чем я? Он выглядел как типичный исландец.

– Вы можете описать того человека?

– Вряд ли. Столько времени прошло.

– Он был худой? Или полный? – Хюльда вздохнула – из этой девицы приходится вытаскивать информацию чуть ли не клещами.

– Ну да, полный. Даже толстый и довольно непривлекательный, насколько я помню.

– То есть не ваш тип?

– Абсолютно! Я тогда еще подумала, может, она себе бойфренда нашла? Но они совершенно не сочетались внешне – она такая миловидная, высокая и изящная, а он какой-то ожиревший коротышка.

– Значит, вы никогда его раньше не видели?

– Нет, не думаю.

– Вы помните, когда это было?

– Шутите? Я даже не помню, что ела сегодня на завтрак. Это было… ну, до того, как она умерла.

Доура явно претендовала на лавры Капитана Очевидность.

– И вы полагаете, что тот человек был ее бойфрендом?

Исходя из информации, полученной в ходе разговора с Бьяртуром, у Хюльды была на этот счет своя теория. Ей хотелось узнать, не возникло ли подобных подозрений у Доуры, но спрашивать об этом напрямую она не стала – зачем распускать слухи? По крайней мере, сейчас.

– Да нет, я просто так подумала. Но если у нее и был бойфренд в Исландии, то уж точно покрасивее, чем тот мужик.

– А у вас есть какие-либо предположения, что у него могло быть за дело к ней?

– Вообще-то, нет. Да меня это и не касается. У меня и без того забот полон рот, чтобы я еще и их проблемами интересовалась.

– Сколько, на ваш взгляд, ему могло быть лет?

– Ну… сложно сказать. Обычный мужик. Средних лет, думаю. Старше ее.

– Вы видели, какая у него машина?

– Видела. Внедорожник. Такие, как он, всегда ездят на внедорожниках. В основном на черных.

– А какой марки внедорожник?

– Понятия не имею. Я их не различаю – по мне, так они все одинаковые.