Читаем Метавнимание полностью

Образ, предназначенный для коллег в профессиональной сети, отличается от того, что мы показываем родителям и друзьям в Instagram. Не станешь публиковать фотографии со студенческой пьянки, если на тебя подписана бабушка. Всем приходится преподносить себя по-разному. Создание и поддержание онлайн-идентичности дают удовлетворение, но требуют много времени. В первых метавселенных идентичность не играла такой важной роли, но сейчас ее значимость выросла (например, для трудоустройства или знакомства). Если когда-нибудь появится одна-единственная метавселенная, онлайн-идентичность получит в ней основополагающую роль.

Экономика социального капитала

Соцсети удовлетворяют важную потребность в общении. Интернет — это рынок социального капитала, а социальный капитал — это преимущества принадлежности к группе, возможность обмена ресурсами (социальными, неосязаемыми или материальными). Люди помогают другим, рассчитывая, что другие когда-нибудь помогут им. Я схожу для вас в магазин за продуктами, но буду ожидать ответную услугу. Если знакомый пригласил вас на мероприятие в своей организации, вы постараетесь ответить ему тем же. Социальный капитал представляет ценность, потому что помогает поддерживать и развивать отношения. Это как денежный кредит на неопределенный срок.

Джоан, финансовый аналитик и одна из участниц наших исследований, считает ответ на письмо вложением: «Я всегда сразу отвечаю на письма администраторов из своего отдела, потому что иногда мне тоже нужен от них оперативный ответ». Вот так мы нарабатываем социальный капитал с коллегами, друзьями и незнакомцами из интернета. Вы сразу ответите на письмо тому, кто, например, в перспективе может предложить вам работу. Социальный капитал — движущая сила, мы всегда реагируем на сообщения от тех, кто может поделиться ресурсами, будь то дружба, информация или связи.

Желание пополнять социальный капитал заставляет следить за соцсетями. Там собирают разные типы ресурсов, что социолог Роберт Патнэм называл объединяющим и вспомогательным социальным капиталом[240]. Объединяющий социальный капитал — это возможность получить эмоциональную поддержку, а вспомогательный — это информация, поступающая от самых разных людей (друзей и дальних знакомых). Такие сайты, как Facebook, предлагают оба типа капитала — эмоциональную поддержку круга близких друзей и информацию от пользователей со всего мира[241]. Чем разнообразнее контакты, тем более разностороннюю и ценную информацию можно получить. Имея 2000 друзей на Facebook, вы обладаете внушительным вспомогательным социальным капиталом на случай, если вам понадобится, скажем, найти жилье. Широкий круг друзей дает вам, как выразился социолог Марк Грановеттер, силу слабых связей — например, работу чаще находят через малознакомых людей, чем через друзей[242]. Вспомогательный социальный капитал требует расхода ресурсов внимания, потому что приходится реагировать на большее число уведомлений.

Чтобы накопить социальный капитал, надо постараться. Просто листать ленту друзей недостаточно. Плоды дает активное общение, когда вы сами информационно помогаете[243]. Желание пополнить социальный капитал заставляет тратить время на переписку и соцсети. И конечно, порой отвлекает от работы.

Влияние социума на внимание

Внимание в интернете находится под влиянием власти, существующей в отношениях. Бертран Рассел совершенно верно подметил: «Законы социальной динамики могут быть сформулированы только в терминах власти в ее различных формах»[244]. Власть всегда играла значимую роль: человек либо хочет ее обрести, либо подчиняется ей. Власть — это привилегия управлять другими или обладать недоступной им информацией. Можно иметь власть, не зная об этом. Тот, кто хорошо знает Лондон, например, имеет власть над туристом. В отношениях власть может быть равной или неравной. Родители имеют власть над своими детьми, начальники — над подчиненными, знаменитости — над поклонниками, потенциальные работодатели — над соискателями, а Джон Готти — над семьей Гамбино. Но Джоном Готти командует его мать.

Власть встроена в социальную иерархию. Мы все ей подчиняемся, даже если она неформальная — в кругу коллег, соседей, единомышленников, в спортивной команде, в дружеской компании или в школьном классе. Каждый хочет иметь статус, никто не желает быть изгоем. Получив власть над другими, человек может распоряжаться ресурсами, нужными не обладающим властью. Ресурсом могут быть деньги, работа или влияние (скажем, возможность познакомить с нужными людьми). Естественно, при общении по почте и в соцсетях соотношение сил тоже имеет значение. Основной инстинкт стремления к власти и сохранению своей позиции в социальной иерархии выражается и в интернете.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Основы международного корпоративного налогообложения
Основы международного корпоративного налогообложения

Россия с ее интеллектуальным потенциалом, традициями научных исследований и профессионального общения имеет уникальную возможность не только исследовать международную практику трансграничного налогообложения и отстаивать свои интересы, но и разрабатывать теорию и практические решения, востребованные на глобальном уровне. Книга Владимира Гидирима – серьезный камень в отечественном фундаменте знаний для дальнейшего развития национальной теории международного налогообложения, она открывает новый этап в изучении теории международного налогообложения и налогового права в нашей стране. Углубление понимания международного налогообложения в России, расширение предметов исследования станет основой для появления новых серьезных отечественных публикаций по международному налогообложению, для формирования более последовательной национальной налоговой политики в вопросах трансграничного налогообложения и для отстаивания экономических интересов страны на международном уровне.

Владимир Алексеевич Гидирим

Экономика
Задворки Европы. Почему умирает Прибалтика
Задворки Европы. Почему умирает Прибалтика

"Была Прибалтика – стала Прое#алтика", – такой крепкой поговоркой спустя четверть века после распада СССР описывают положение дел в своих странах жители независимых Литвы, Латвии и Эстонии. Регион, который считался самым продвинутым и успешным в Советском Союзе, теперь превратился в двойную периферию. России до Прибалтики больше нет дела – это не мост, который мог бы соединить пространство между Владивостоком и Лиссабоном, а геополитический буфер. В свою очередь и в «большой» Европе от «бедных родственников» не в восторге – к прибалтийским странам относятся как к глухой малонаселенной окраине на восточной границе Евросоюза с сильно запущенными внутренними проблемами и фобиями. Прибалтика – это задворки Европы, экономический пустырь и глубокая периферия европейской истории и политики. И такой она стала спустя десятилетия усиленной евроатлантической интеграции. Когда-то жителям литовской, латвийской и эстонской ССР обещали, что они, «вернувшись» в Европу, будут жить как финны или шведы. Все вышло не так: современная Прибалтика это самый быстро пустеющий регион в мире. Оттуда эмигрировал каждый пятый житель и мечтает уехать абсолютное большинство молодежи. Уровень зарплат по сравнению с аналогичными показателями в Скандинавии – ниже почти в 5 раз. При сегодняшних темпах деградации экономики (а крупнейшие предприятия как, например, Игналинская АЭС в Литве, были закрыты под предлогом «борьбы с проклятым наследием советской оккупации») и сокращения населения (в том числе и политического выдавливания «потомков оккупантов») через несколько десятков лет балтийские страны превратятся в обезлюдевшие территории. Жить там незачем, и многие люди уже перестают связывать свое будущее с этими странами. Литва, Латвия и Эстония, которые когда-то считались «балтийскими тиграми», все больше превращаются в «балтийских призраков». Самая популярная прибалтийская шутка: «Последний кто будет улетать, не забудьте выключить свет в аэропорту».

Александр Александрович Носович

Экономика