Последний вопрос относился к его заму Игорю Станиславовичу Полякову, который был совершенной противоположностью шефа, по крайней мере внешне, - слегка медлительный, невозмутимый, мягкий. Однако это не мешало ему так же, как и Порханову, каждый день оперировать и решать одновременно множество разных оргвопросов - в отсутствие главного врача он всегда был «на хозяйстве». Владимир Алексеевич мог положиться на него полностью, он целенаправленно готовил Полякова себе на смену в начале 90-х отправил на обучение в Англию, и Поляков получил там медицинскую лицензию. Он был в курсе всего: и что делается в мире в их области медицины, и что в данный момент происходит практически в каждой палате краевой больницы.

На вопрос шефа Поляков ответил в своей обычной манере, слегка лениво, не проявляя внешнего интереса:

- Подождите немного, Владимир Алексеевич. Сейчас он в Москве намучается, тогда можно будет снова разговаривать.

- Тебе бы вообще ничего не делать, - театрально провозгласил Порханов. - Действовать нужно, а не ждать... Вспомнил! Может быть, наши друзья в «Медицинской газете» нам помогут. Знаю, там есть выход...

Под словом «друзья» он подразумевал одного человека - Людмилу Борисовну Ворожцову, которая уже более тридцати лет возглавляла в газете бюро проверки. Собственно, она одна и представляла собою данное «бюро», но этой скромной должностью ее обязанности и вообще роль как в газете, так и в медицинском сообществе далеко не исчерпывалась. Людмила Борисовна знала практически каждого более-менее стоящего врача в нашей стране, поскольку руководила техническим секретариатом минздравовского конкурса «Врач года». Порханов же и его больница неоднократно становились лауреатами и победителями. Мила, или Милуша (так ее называли близкие друзья), обладала поразительным талантом сводить людей, и с ее легкой руки началось не одно важное дело. Ее оценке человека, и тем более рекомендации, можно было доверять стопроцентно, а ее мнение о Владимире Алексеевиче Порханове было очень высоким.

2

Милуша, которая была, конечно же, в курсе наших дел, уже не раз советовала:

- Поезжайте к Порханову, не пожалеете. Пусть Маккиарини посмотрит больницу, но главное - узнает его поближе. Они просто созданы друг для друга. Вряд ли здесь кому-либо еще по плечу такой проект.

Подробное изучение вопроса превзошло наши ожидания: как, оказывается, мало мы знаем о том, что делается в нашей стране! Краснодарская краевая клиническая больница № 1 по показателям трансплантаций донорских органов не только оказалась чуть ли не первой в России, но и полностью соответствовала европейским стандартам. Несколько национальных премий «Призвание» были получены сотрудниками клиники за нестандартные решения в лечении больных. Это были хирургические операции, специально разработанные для очень тяжелых пациентов, так сказать, персональный дизайн. И дерзко, и профессионально.

Когда Паоло ознакомился с этой информацией, сомнений у него, надо сказать, не убавилось. Совсем в стиле Станиславского (конечно, не зная, кого цитирует) он произнес: «Не верю!» Но уже немного изучив его характер, я почувствовала, что на самом деле он всерьез задумался. А вечером, оказавшись один на один с компьютером и скайпом, он постарается все перепроверить, добыть дополнительные данные, свяжется с кем-нибудь: мир торакальных хирургов довольно узок. Кроме того, он уже понял, что в Москве трансплантации вряд ли могут быть продолжены, поскольку лабораторная работа по изготовлению каркаса так и не была налажена, а предпринимать снова эти немыслимые усилия было невозможно - сложно, дорого, неэффективно. Это годилось лишь для первого, «демонстрационного» раза, потом должна уже начать работать постоянная модель.

Так что после долгих уговоров в феврале 2011 года, спустя ровно год после мастер-класса, мы с Паоло приземлились в аэропорту Краснодара. После морозной Москвы весенний воздух и солнце поначалу привели его в хорошее настроение, но встреча в VIP-зале с последующим путешествием на «лексусе» поразила и немного напугала.

«Я же говорил - мафия», - шепнул он мне на ухо, чтобы Игорь Поляков, замглавного, его не услышал. Игорь же, по-моему, все прекрасно понимал и решил усилить впечатление, поставив диск с английским шлягером с повторяющимся нецензурным припевом. Паоло несколько секунд молчал, а потом вдруг развеселился и начал подпевать, а Игорь подхватил. Так мы и въехали в ворота краевой больницы и остановились у служебного входа в современное внушительное здание с огромными буквами «Центр грудной хирургии».

Быстрый проход прямо в «обеденную комнату», где уже восседал Порханов и основные специалисты больницы. В углу стояла клетка с огромным попугаем. «Иося», - представил его Парханов.

Увидев накрытый стол, Маккиарини энергично запротестовал, но шеф его не слушал. Поднялся, подошел и обнял.

Повернулся к Полякову:

- Переведи ему. Он в Краснодаре. Здесь не Москва. Мы людей сначала кормим, - потом добавил для верности несколько приветствий на немецком.