Читаем Медведь и Дракон полностью

— О, ты пользуешься моим новым компьютером для этого? — Вопрос скрыл дрожь, пробежавшую через его тело при словах Минг. Эта девушка может стать чертовски ценным источником информации. Номури глубоко вздохнул и заставил своё лицо принять выражение вежливого равнодушия.

— Конечно.

— Великолепно. Он оборудован модемом?

— Конечно. Я пользуюсь им каждый день, для того чтобы отыскать новости из западных средств массовой информации, которые размещаются на их сайтах в Интернете.

— А, это хорошо. — Итак, на сегодняшний день он решил все свои деловые проблемы и может заняться личными делами. Номури наклонился к девушке и поцеловал её.

— Перед тем как войти в ресторан, я воспользовалась губной помадой, — объяснила Минг. — На работе я не пользуюсь ею.

— Да, вижу, — ответил офицер ЦРУ, повторяя первоначальный поцелуй и делая его на этот раз более продолжительным. Её руки обняли его за шею. Причина опоздания не имела никакого отношения к недостатку любовных объятий. Теперь это было очевидно, поскольку его руки тоже начали ласкать девушку. Покупка бюстгальтера, расстёгивающегося впереди, была его самым разумным поступком. Лёгкое движение двумя пальцами, и он раскрылся, обнажив обе её весьма соблазнительных груди, ещё два места, которые начали обследовать его пальцы. Кожа здесь была особенно шелковистой… и, как он обнаружил через несколько секунд, приятной на вкус.

Это вызвало ответный стон, и тело начало извиваться от наслаждения. Тело… чьё?

Подруги? Ну что ж, о'кей, но этого недостаточно. Агента? Ещё нет. Пока хватит слова «любовницы». На Ферме никогда не говорили о чём-то подобном, за исключением обычных предостережений об опасности слишком близких отношений со своим агентом из-за риска утратить необходимую объективность. Но если ты не окажешься в близких отношениях, каким тогда образом удастся её завербовать? Разумеется, Честер понимал, что сейчас он находится даже не в близких отношениях, потому что понятие близости подразумевает хоть какое-то расстояние между двумя телами.

Какой бы ни была внешность, у неё восхитительная кожа, и кончики его пальцев ощупали каждый дюйм, а его глаза улыбались, глядя в её глаза, причём губы время от времени соприкасались. Её тело совсем не такое плохое. Красивые формы, даже когда она стоит. Может быть, талия недостаточно тонкая, но они находятся не на пляже Венеции, а женская фигура, похожая на песочные часы, как бы красиво она ни выглядела на картинке, именно этим и остаётся — силуэтом на картинке. Её талия сужается к бёдрам, и этого достаточно. Ведь не собирается же Минг прохаживаться по «языку» какого-нибудь нью-йоркского шоу, демонстрируя образцы женской одежды, где модели всё равно выглядят похожими на мальчиков. Итак, Минг не является и никогда не будет супермоделью — примирись с этим, Чёт, сказал себе офицер ЦРУ. Настало время отложить в сторону все воспоминания о ЦРУ. Он мужчина, одетый в одни боксёрские трусики, и лежит рядом с женщиной, одежду которой даже трусиками назвать нельзя. Её трусишки сшиты, наверно, из носового платка, хотя оранжево-красный цвет не особенно подходит для платка, который мужчина вытаскивает из своего кармана, особенно, добавил он про себя с улыбкой, если этот платок сделан из прозрачного искусственного шелка.

— Почему ты улыбаешься? — спросила Минг.

— Потому что ты красивая, — ответил Номури. Она действительно была красивой, с этой очаровательной улыбкой на лице. Нет, она никогда не станет моделью, но внутри каждой женщины скрывается этот взгляд, делающий её красивой, если только она позволяет ему выйти наружу. А её кожа была восхитительной, особенно губы, покрытые губной помадой после работы, гладкие и масляные, но тем не менее заставляющие его губы возвращаться к ним снова и снова. Скоро их тела прижались друг к другу по всей длине, и его охватило тёплое приятное чувство. Она так хорошо лежала на его руке, пока левая рука играла с её телом и ласкала его. Волосы Минг не путались, они были такими короткими, что ей почти не приходилось расчёсывать их. Предплечья тоже покрыты волосами, как это бывает у большинства китайских женщин, но это только позволяло ему играть с ними, лаская и дёргая за них. Очевидно, она чувствовала щекотку, потому что игриво хихикнула и теснее прижалась к нему, затем немного отстранилась, чтобы дать возможность его руке опуститься ниже. Когда рука миновала её пупок, девушка внезапно замерла, словно предлагая себя. Ещё один поцелуй, кончики его пальцев опустились ещё ниже, и теперь в её глазах зажёгся озорной огонёк. Что это за игра?..

Как только его рука нашла её трусики, она прогнулась, оторвав спину от постели. Он сел и стащил их вниз, позволив её ноге отбросить их ещё дальше, и красно-оранжевые трусики полетели по воздуху, и затем…

— Минг! — воскликнул он с лукавым обвинением в голосе.

— Я слышала, что мужчинам это нравится, — хихикнула она.

— Действительно, это нечто другое, — ответил Номури, пробегая пальцами по коже, ещё более гладкой, чем на остальном теле. — Ты сделала это на работе?

Послышался взрыв озорного смеха: