Читаем Медведь и Дракон полностью

— Нет, глупый! Этим утром у себя в квартире! В моей ванной, моей собственной бритвой!

— Просто хотел проверить, — успокоил её офицер ЦРУ. Черт побери, разве это не означает чего-то? Затем её рука опустилась и занялась тем же, что он делал с нею.

— Ты непохож на Фанга, — игриво прошептала она.

— Неужели? Чем я отличаюсь?

— Мне кажется, что худшее оскорбление, которое женщина может нанести мужчине, это задать вопрос: «Ты уже внутри?» Однажды одна из наших секретарш задала такой вопрос Фангу. Он избил её. На следующее утро она пришла на работу с синяками на лице — он заставил её выйти на работу, — а на следующий вечер… понимаешь, он взял в постель меня, — призналась она, не стыдясь, а смущаясь. — Ему хотелось доказать, что он все ещё мужчина. Но я понимала, что говорить это нельзя. Теперь все мы понимаем это.

— А мне ты скажешь это? — спросил Номури с улыбкой и новым поцелуем.

— Нет, что ты! У тебя колбаска, а не стручок фасоли! — с энтузиазмом воскликнула Минг.

Это не было самым изысканным комплиментом, когда-либо произнесённым по адресу его мужского органа, но сейчас этого достаточно, подумал Номури.

— Ты не думаешь, что пора колбаску отправить домой?

— Да, конечно!

Когда он перекатился на неё, то увидел под собой два объекта. Одним была девушка — вернее, молодая женщина с нормальными женскими желаниями, которые он сейчас удовлетворит. Другим — потенциальный агент, обладающий доступом к ценной политической информации, о которой опытный оперативник может только мечтать. Но он ещё не был опытным оперативником. Номури оставался зелёным офицером, и потому не знал, что является невозможным. Ему придётся заботиться о своём потенциальном агенте, потому что, если ему удастся успешно завербовать её, жизнь Минг окажется в самой серьёзной опасности… он думал о том, что произойдёт, как изменится её лицо, когда пуля войдёт в мозг… нет, это слишком страшно. Сделав усилие, Номури отбросил эту мысль и скользнул внутрь девушки. Раз уж ему необходимо завербовать её, нужно выполнить свои обязанности как можно лучше. А если это вдобавок сделает его счастливым, ну что ж, такова дополнительная награда.

* * *

— Я подумаю об этом, — пообещал президент Соединённых Штатов, провожая министра внутренних дел к двери, выходящей в коридор, слева от камина. Извини, приятель, но на все это у нас нет денег. Его министр внутренних дел не был плохим человеком, но его, по-видимому, захватила трясина департаментской бюрократии, что являлось, наверно, самой страшной опасностью для чиновника, работающего в Вашингтоне. Райан опустился в кресло и начал читать документы, оставленные ему министром внутренних дел. Разумеется, он не сможет прочитать их до конца. В более или менее свободный день он перелистает и просмотрит краткое содержание, приготовленное для президента, а все остальное отправится к какому-нибудь младшему сотруднику администрации, который прочитает все документы и подготовит проект доклада для президента — по сути дела, это будет ещё одно краткое содержание, и на основании этого проекта, отпечатанного младшим сотрудником примерно двадцати восьми лет от роду, будет сформулирована политическая линия американского правительства.

«Это безумие! — сердито подумал Райан. — Считается, что это он глава исполнительной власти в стране. Только он должен формулировать политику Соединённых Штатов. Но время президента слишком ценное. Настолько ценное, что другие люди сохраняют это время для президента — а в действительности эти другие люди отбирают это время у него, ведь именно они, в конце концов, принимают решение, что увидит президент и что пройдёт мимо него». Иногда это беспокоило его, потому что ему приходилось подчиняться той информации, которая поступала к нему на стол, и, таким образом, принимать на её основании решение о том, что думает общество по различным вопросам текущего дня.

Итак, Джек, ты тоже попал в лапы своей бюрократии?Это трудно понять, трудно в этом признаться и ещё труднее изменить создавшуюся ситуацию, если такая ситуация действительно существует.

«Может быть, именно поэтому Арни любит вытаскивать меня из этого здания и привозить туда, где живут обычные люди», — понял Джек.