Маргарита))) (18:08)

Я не хочу больше видеть ничего подобного!..

Брат по разуму* (18:09)

ты требуешь от меня невозможного… хотя… могу поменять Обезьяну на Фреди-Три-Пальчика или… на Голую Жопу. Как?)))

Маргарита))) (18:09)

Нет… ты издеваешься?

Брат по разуму* (18:10)

и в мыслях не было… ты единственный близкий мне человек в этом мире… остальных просто не существует

Маргарита))) (18:10)

_______________________________________________________

Брат по разуму* (18:11)

Ева, это не совсем приятный разговор… но, наверное, он должен был когда-нибудь состояться. Давай сделаем вид, что его не было.

ГЛАВА 24

Метаморфозы

Читать рецензии — самое бесполезное занятие на свете. Испытываешь весьма странные чувства — словно тебя уже нет, а есть другой человек, взволнованный и страстный путешественник по иному миру. Ты проникаешь сквозь завесу этой удивительной тайны, и вот уже перед тобой его пальцы, слегка касаясь теплых клавиш, рисуют акварельные пейзажи или темперные натюрморты под равномерный бит дождя за окном. Ты становишься соучастником этого священнодействия. Под нарастающий ритм ливня полупрозрачная сумеречная вуаль медленно слетает с уставшего вечера на взбудораженный урчащий город, и он замирает в предчувствии отдыха и созерцания ночи…

Я погружалась в этот таинственный мир, стараясь смыть с себя осадок, оставшийся после нашего последнего разговора…

@

Маргарита всплыла на экране сказочной эльфийской принцессой, испугав меня до смерти. Она покачивалась, опутанная серебрящейся паутиной. Глаза ее прикрывала узкая кружевная маска, обычная резкость и вызов исчезли — передо мной было изображение в лучших традициях Джона Хоу. Жестом я пригласила серебряную Ведьму за стол. Она покосилась на венский стул, стоящий сбоку, и уже через секунду сидела на нем, поджав под себя ноги.

— Ревность? — выдохнула она.

Я отвернулась, не выдержав пронзительного взгляда ядовито-зеленых глаз.

— Ты ревнуешь, детка!.. Но у тебя нет повода и не может быть. У него ни с кем ничего не будет… здесь, по крайней мере… — уточнила Ведьма. — Он вообще не понимает и половины того, что происходит с тобой. Он путает нас! Еще не известно, кого и к кому следует ревновать. Так что веселимся сегодня! — Она хлопнула в ладоши и тут же превратилась в золотую пери, укутанную в легкую полупрозрачную накидку со стразами. Ни дать ни взять, опереточная стареющая дива.

Я скривилась, раздраженная театральным блеском и дешевизной.

— Я не хочу веселиться.

— Перестань, — вкрадчиво прошептала Маргарита, — у тебя просто нет настроения. Если будешь так реагировать на все, потеряешь сердце и не сможешь найти. Станешь никому не нужной деревянной куклой. — Она улыбнулась, продемонстрировав два хищных резца. — Пойдем со мной! Я покажу тебе настоящие чудеса — сделаю ведьмой на одну ночь.

Не принимая никаких возражений, она поднялась и накинула на меня свой плащ.

@

Полная пыльная темнота и шуршание портьер. Кто-то невидимый, громко чихнув, кричит:

— Включите свет! Королева ослепла!

Внезапно вспыхивают тысячи люстр, плохо настроенные скрипки визжат мелодией некогда популярной передачи о животных. Передо мной роскошно убранный зал, полный странных мистических существ. Приглядываюсь — это же маскоты с головами животных! Живые, двигающиеся монстрики. Несоразмерные туловищам головы — птичьи, кошачьи, ослиные, черепашьи, какие-то еще, их и не узнать с первого взгляда. У некоторых недостает важного: глаза, носа или ушной раковины, а еще этих персонажей отличают гипертрофированные конечности. Фантастическая графика… Хотелось бы верить, что графика, поправляю себя и ищу глазами свою Ведьму. Мне не по себе: одно дело — рассматривать чьи-то фантазии, сидя в удобном кресле перед монитором, а другое… находиться среди них. Мечта любого художника. Хотя… как сказать.

Марго болтала с парой чудаковатых персонажей — пузатым типом с головой мопса, в клетчатом канареечном пиджаке, и вторым — полугусем-получеловеком. Поправляя пенсне, мопс безостановочно поддакивал ей, а гусь пялился по сторонам красными неподвижными зрачками, то и дело вытягивая непомерно длинную шею. В руке Маргариты дымился папироской тонкий прозрачный мундштук. Она лениво стряхивала пепел в позолоченную пепельницу, изредка отвечая на приветствия едва заметным кивком. Растерявшись, я разглядывала маскотов с любопытством миссионера, попавшего в неведомую страну. На меня же никто не обращает внимания. Возможно, я была невидима — или живые люди всего лишь тени в мире монстров.