Читаем Мастер артефактов полностью

Аннев шагал по безлюдным улочкам Квири на северо-восток. Булыжники под его ногами, вытертые за века бессчетным числом подошв, колес и лошадиных копыт, блестели, отражая свет ярких фонарей, в которых Квири не испытывал недостатка. Когда впереди показались северные городские ворота, след Ханиката резко свернул на восток и привел Аннева в конец узкого переулка, где в глубине запущенного сада прятался невзрачный одноэтажный домишко. Используя свои навыки аватара, Аннев без труда вскрыл замок и проскользнул внутрь.

Красные нити тянулись к неприметной двери в полу, ведущей в потайной подвал. Рядом с ней Аннев заметил охранный глиф. Уничтожив знак, он спустился в подвал. Здесь, на узкой кровати у стены, лежал полуголый Ханикат. Аннев расплел еще несколько защитных заклинаний, забрал себе зачарованные предметы, которые нашел в вещах рядом с кроватью, и, наставив на спящего дионаха горящий фламберг, прорычал:

– Зачем ты убил Холиока?

Ханикат дернулся, открыл глаза и растерянно заморгал:

– Какого дьявола?

– Отвечай на вопрос.

Аннев поднес кончик пылающего клинка к самой бороде дионаха, вынудив того вжаться в подушку.

– Я не п-понимаю, – заикаясь, пробормотал Ханикат.

– Ты убил Холиока. Я хочу знать почему. Если соврешь – я сразу пойму и церемониться с тобой не стану.

Дионах приподнял голову и прищурился, ослепленный пляшущим перед его лицом пламенем.

– Айнневог? – в изумлении спросил он. – Это ты?

– Отвечай на вопрос, кому сказано!

Аннев прижал лезвие к его щеке, и Ханикат отшатнулся:

– Одар милостивый! Аннев, что происходит?

– Хватит прикидываться! – крикнул тот и молниеносным движением отсек дионаху половину безымянного пальца и мизинца.

– Гнилое пекло! – взвыл жрец, тряся изувеченной рукой. – Зачем ты… Я ведь ничего не сделал!

Так оно и было: Ханикат и правда ничего не сделал, однако лишь по одной причине – он попросту не успел. С помощью кольца инквизитора Аннев почувствовал, как бешено забилось сердце дионаха, а кольцо-кодавора выдало все его скрытые помыслы: Ханикат приготовился сплести заклинание.

– Попытаешься держать меня за идиота – останешься вообще без пальцев. А если дернешься – я всажу тебе клинок в глаз. Ты понял?

– Да, – прошептал Ханикат. – Я… понял.

– А если хоть слово пикнешь на древнедаритском, я вырежу твой поганый язык и заставлю тебя его сожрать.

– Я понял, – повторил дионах.

– И твои волшебные игрушки тебе не помогут, – предупредил Аннев, зная наперед, что сделает Ханикат.

Артефакты, которые он обнаружил среди вещей дионаха, он спрятал в бездонный мешок. Туда же отправился увесистый кошель, доверху набитый серебром и золотом. Однако Аннев по-прежнему держался начеку: если где-то остались незамеченные им знаки, Ханикату достаточно лишь призвать волю и произнести слово силы, и тогда ситуация примет прескверный оборот.

– Никаких глифов. Никаких заклинаний. Никакой магии.

– Я не собираюсь…

– Довольно! Ты меня не проведешь. Я знаю, что ты врешь, чувствую, что ты презираешь меня и чуть не захлебываешься от злости, так что кончай притворяться.

– И что ты сделаешь? – неожиданно ухмыльнулся Ханикат. – Отпустишь меня на все четыре стороны? Или передашь в заботливые руки ордена? – Он фыркнул. – Не над тем ты собрался вершить правосудие. Я никого из братьев не убивал. Это все дело рук Холиока и его прислужников, вот их и ищи.

– Что еще за прислужники?

– Дионах Чен.

– И Дэвис?

– Не знаю. Возможно.

Он говорит правду. Это хорошо.

– Ты должен благодарить меня за то, что я его прикончил, – сказал Ханикат, сжимая целой рукой увечные пальцы. – Если бы не я, ты был бы мертв.

– Что ты несешь? – Аннев сразу подумал о том случае с картиной, когда он едва не задохнулся насмерть. – Я сам себя спас!

– По-твоему, Холиок лишь однажды покушался на твою жизнь? Святая простота! Я просто каждый раз вставал у него на пути. А что до Рива, то он не раздумывая пожертвовал бы тобой, лишь бы эта жертва помогла ему вычислить предателей.

– Так он и правда использовал меня как приманку?

Ханикат самодовольно хмыкнул:

– Естественно. Это ведь Рив, для него превыше всего его драгоценная религия, все остальное – пыль. Даже ты.

– Даже я, – эхом повторил Аннев.

Такова была жестокая, неумолимая правда. Арх-дионах никогда не питал к нему теплых чувств, и единственное, что его интересовало, – это польза, которую Аннев мог принести ордену. Но Аннев и подумать не мог, что Рив, желая добиться своего, хладнокровно поставил на карту его жизнь.

– Ты подумай, подумай, – вкрадчивым голосом продолжал Ханикат. – Рив столько лет пытался поймать этих изменников… а тут на него сваливается мальчишка, которого они безуспешно старались убить в Шаенбалу, а потом в Лукуре. – Он подался вперед, не сводя с Аннева горящего злобой взгляда. – Он тащит тебя и твоих друзей в Анклав, где показывает тебя всем и каждому и дает понять, что ты под его защитой. А после отходит в сторону, делая вид, что ему не до тебя, и выжидает. – Ханикат издал глумливый смешок. – Но Холиок был не так глуп. Зная, что сам он вне подозрений, он мастерски использовал других.

– Лескала, например.