Читаем Маскарад (СИ) полностью

Со дня их первого знакомства он не раз встречал Бомми в самых неожиданных местах. И тот, к его глубочайшему сожалению, а может быть, и к счастью, так и не заметил Чжонхёна. При этом юноша выглядел так, словно вынюхивал что-то. Его глаза угрожающе суживались всякий раз, натолкнувшись на препятствие в виде упрямого и несговорчивого собеседника, у которого он что-то исподтишка выпытывал. Чжонхён отчетливо видел эти бесплодные, в большинстве случаев, попытки добиться от людей какой-либо информации, но не мог взять в толк, какие сведения Бомми старается из них выбить. Однако стоило отдать должное его настойчивости и целеустремленности, а также невероятной изворотливости.

Благодаря своей хитрости мальчик давно бы получил желаемую информацию, если бы люди, которых он с таким остервенением тряс, знали хотя бы ее крупицу. Но по всему выходило, что копал он совершенно в противоположном направлении. По крайней мере, у Чжонхёна создавалось именно такое впечатление, когда раздувающий от досады ноздри юноша яростно пролетал мимо него, поглощенный своими проблемами. Иногда он резко останавливался и принимался подозрительно озираться по сторонам, интригуя своим поведением Чжонхёна еще больше.

Но все же самым интригующим в Бомми был эффект, который он производил на окружающих одним своим появлением. Люди оборачивались ему вслед, не в силах бороться с собой. И Чжонхён мог с полной уверенностью утверждать, что дело было не в его внешности, нетипичной для здешних мест. Выгляди он, как местный обыватель, он все равно привлекал бы к себе взгляды.

И Чжонхёна тоже тянуло к нему. Вот уже целую неделю.

— Сэр? — привлек его внимание возница.

Чжонхён опомнился только у поджидавшего его экипажа. Он рассеянно поглядел на улыбающегося молодого человека.

Такими темпами скоро его внешность перестанет казаться необычной для жителей если не всего города, то этого района точно, подумалось ему невольно.

Он назвал адрес и забрался в карету. Его клонило в сон, головная боль неистовствовала, точно требуя своей дозы в виде маленькой белой капсулы. Но какая печаль — он выкинул весь пузырек. Значит, придется потерпеть. Наверняка расторопный врач пришлет ему на дом запасной. Если уже не прислал. А пунктуальный и обязательный Батлер проследит, чтобы лекарство было принято вовремя и в положенном количестве. Чжонхён сам намеренно загнал себя в клетку.

Он не имеет права сдаваться в такое тяжелое время и, тем более, показывать свою слабость.

Что-то происходит вокруг него. Плетется ловчая сеть. И черт его побери, если он видит хотя бы малейшую ниточку, которая смогла бы привести его к пауку. Пока ему еще не посчастливилось ненароком прилипнуть к какой-нибудь из паутинных нитей, он давил лишь расположенных рядом с ними солдатиков. Но он чувствовал, что частенько подходит совсем близко ко всей сети. Раз за разом обнаруживались все новые и новые прислужники, чужеродные в выстроенной им системе, вынюхивающие что-то. В такое время ему необходима свежая и здравомыслящая голова, поэтому он намерен остаток вечера валяться в кровати и, если повезет, нормально проспать до самого утра.

Чжонхён прислонился виском к оконной раме кареты и вдохнул прохладного вечернего воздуха. Пока он плавал в своих мыслях, начало темнеть. Сумерки серой пеленой опустились на окрестности, приглушив яркие цвета. Тянуло чем-то жареным. Где-то неподалеку какой-то умник готовил ужин на открытом огне. В любое другое время Чжонхён бы обязательно с этим разобрался, если бы за весь день не устал, как собака.

Он чуть прикрыл глаза, поглядывая сквозь образовавшиеся щелочки на проплывающие мимо здания и людей, торопящихся к уютному очагу.

Можно было бы заехать к Мадам и поймать Бомми, но в такое время Салон был уже закрыт. И Бомми наверняка уже лежит в своей кроватке и смотрит свои прекрасные светлые сны. Его хитрые лисьи глазки, скорее всего, закрыты, а длинные ресницы лежат на розовых щечках. Губки плотно сжаты в тонкую полоску — такую же упрямую, как и весь Бомми. А ноздри раздуваются…

Чжонхён моргнул, тупо пялясь перед собой в одну точку.

Погодите-ка, у спящих не раздуваются ноздри, подумал он вяло. Такое ему могло прийти в голову только в дремотном состоянии. Но в этот поздний вечер мальчишка наверняка уже дрых без задних ног. Весь в синяках от непрерывных щипаний. Впрочем, синяки должны были уже сойти, а тело привыкнуть. Не завидовал он бедному Бомми, но сам был бы не прочь ущипнуть его. Только не сильно, чтобы, не дай Бог, не сделать своевольному парнишке больно. Он мягко, так мягко, что самому Бомми понравится…

Чжонхён снова моргнул, прогоняя сонливость.