В пору молодости тех, кто ныне управляет английским франкмасонством, управляемость была повсеместной. Старшие братья терпеть не могли неожиданностей. Все спрашивали разрешение на все и делали то, что им скажут. Это создало иллюзию всемогущества у некоторой части прежних членов ОВЛА, но подобное ощущение власти было призрачным. Сейчас, когда появилось столько источников информации, невозможно оградиться от нежелательных споров.

Гэри Хэмел, приглашенный профессор стратегического и международного менеджмента из Лондонской бизнес-школы (London Business School), относительно меняющейся для власти обстановки заметил следующее:

«Когда-то было так, что пока вас не поймают с поличным или вы прилюдно не опорочите своего начальника, можно было рассчитывать на пожизненную работу во многих крупных учреждениях. Преданность ценилась выше способностей, и всегда находилось теплое местечко, где могла укрыться посредственность. Пожалование прав создавало покладистых работников, а зависимость вынуждала к завистливой преданности. Так было вчера, но не сегодня.

Что бы ни говорили о создании высоко сплоченной на основе обязательности организации, не является ли сама обязательность взаимной? Неудивительно, что преданность уже не та, что прежде».

Опыт наделяет властью, и прежде иерархическое старшинство покоилось на том допущении, что люди наверху знают больше находящихся ниже. В системе, где людей продвигали в соответствии с выслугой лет, это никогда не соответствовало действительности. Опасность состоит в том, что люди, исповедующие франкмасонство, все меньше о нем будут знать. От просвещенного юноши, вступившего в местную ложу, не укроется невежество некоторых ее старших членов. Если следующее поколение не сможет уважать франкмасонство, оно никогда не вступит в его ряды и не поддержит.

Франкмасонство было неким заказником. Посторонним оно виделось своего рода клубом, принадлежать к которому считалось престижным, и если в пору признания навязанной власти ценой преуспеяния в ложе было замалчивание неудобных вопросов, она считалась, пожалуй, вполне оправданной за положение, которое давало франкмасонское звание в обществе. Но времена круто изменились…

Гэри Хэмел также предлагает решение подобного вопроса предпринимателям:

«Не зависит ли власть помимо умения предвидеть будущее не в меньшей степени и от умения оглядываться на прошлое? В мире, где происходят столь резкие перемены, не должна ли власть опираться не только на опыт, но и на умение учиться и приноравливаться.»

Персональные компьютеры, вычислительные сети и Интернет создают информационную демократию. Информационные границы, некогда позволявшие старшим братьям-масонам сдерживать споры между своими младшими собратьями, теперь легко преодолимы. Когда нужные сведения широко доступны, можно оспорить любое решение. Власти уже нельзя быть кичливой и раздражительной. Когда молодые масоны осведомлены во всем и способны составить собственное мнение, они с большим жаром готовы оспаривать мнение тех, которым они платят за управление сугубо любительской организацией.

Организации, не заглядывающей в будущее, там нет места, но Джон Ф. Кеннеди к тому же предостерегает, что у тех, кто забыл свою историю, вообще нет будущего. Отсюда вытекают три основные задачи, которые, по нашему мнению, стоят сегодня перед английским франкмасонством:

1. Сохранение древнего учения и восстановление старинных обрядов, чтобы можно было учиться у прошлого.

2. Привлечение умной и вдумчивой молодежи в ложи, как мужские, так и женские, чтобы она постигла истинные цели Ордена и прониклась его верованиями и ценностями.

3. Создание системы власти, приемлемой для современного общества. Это требует перехода от назначения на должность к выборности.

И тогда у английского франкмасонства есть будущее.

ПРИЛОЖЕНИЕ 2

РАЗМЫШЛЕНИЯ О МЕЙСХОУ