Читаем Машина различий полностью

– Ну и как оно, доктор Мэллори? – мрачно осведомился Фрейзер.

– Немного устал, – неопределенно ответил Мэллори, – но вот подкреплюсь, глотну хакл-баффа, и все придет в норму. А как вы, Фрейзер? Надеюсь, вполне оправились? – Он понизил голос: – И что вы тут понарассказывали моим несчастным братьям?

Фрейзер гордо промолчал.

– Сержант Фрейзер – лондонский полицейский, – пояснил Мэллори. – А точнее – рыцарь плаща и кинжала.

– Правда? – встревожился Том.

К столу пробрался официант – настоящий, из постоянного персонала; вид у него был задерганный и виноватый.

– Извините, доктор Мэллори, но запасы Дворца несколько истощились. Я бы посоветовал вам заказать рыбу с жареной картошкой – если, конечно же, вы не возражаете.

– Прекрасно. И не могли бы вы смешать мне хакл-бафф… Ладно, забудем. Принесите тогда кофе. Черный и покрепче.

– Ночью вы, похоже, не скучали, – заметил Фрейзер, когда официант отошел достаточно далеко.

Теперь Том и Брайан смотрели на полицейского с плохо скрываемой неприязнью.

– Я узнал, что тот тип с ипподрома – капитан Свинг – скрывается в Вест-Индских доках, – сказал Мэллори. – Он пытается организовать настоящий мятеж.

Рот Фрейзера плотно сжался.

– У него есть машинный типографский станок и сообщники из всякой швали. Он печатает сотни подстрекательских прокламаций. Я конфисковал сегодня утром несколько образчиков – непристойная, клеветническая луддитская мерзость!

– Я же говорю, что вы не скучали.

– Скоро дел у меня будет еще больше, – фыркнул Мэллори. – Я хочу поймать этого мерзавца, покончить с его гнусными происками раз и навсегда!

– Так что, этот самый «капитан Свинг» и написал эту гадость про нашу Мадди, да? – подался вперед Брайан.

– Да.

– Вест-Индские доки? – Том буквально подпрыгивал от возбуждения. – А где это – Вест-Индские доки?

– В Лаймхаус-Рич, на другом конце Лондона, – вздохнул Фрейзер.

– Ерунда, – успокоил его Том. – Я же на «Зефире»!

– Ты взял гоночную машину братства? – поразился Мэллори.

– Да нет, – отмахнулся Том, – не ту древнюю тарахтелку, а последнюю модель! Эта новая, с иголочки, красавица стоит сейчас в стойле вашего Дворца. Докатила из Сассекса за одно утро, и шла бы еще быстрей, если бы не тендер. – Он рассмеялся. – Мы можем ехать, куда захотим.

– Не забывайтесь, джентльмены, – негромко произнес Фрейзер.

Все примолкли; официант поставил на стол тарелку и тут же удалился. От вида жареной камбалы с картошкой голодный желудок Мэллори сжался в тугой болезненный комок.

– Мы – свободные британские граждане, – решительно заявил Мэллори, – и можем делать все, что нам хочется. – Затем он взял вилку и с не меньшей решительностью набросился на еду.

– Лично я считаю это полной глупостью, – сказал Фрейзер. – Улицы полны мятежного сброда, а нужный вам человек хитер, как лиса.

Мэллори иронически хмыкнул.

– Доктор Мэллори, – непреклонно продолжил Фрейзер, – мне поручили вас охранять. Мы не можем допустить, чтобы вы разворошили осиное гнездо в самой кошмарной из лондонских трущоб!

– Вы же знаете, что он хочет меня уничтожить. – Мэллори глотнул горячего кофе и поглядел на Фрейзера в упор. – Если я не прикончу его сейчас, пока есть такая возможность, мало-помалу он расклюет меня на куски, как стервятник – дохлую лошадь. И ни хрена вы меня не защитите. Этот человек – не такой, как мы с вами, Фрейзер! Для него нет ничего запретного. Ставкой здесь – жизнь или смерть. Или он, или я! И вы сами знаете, что это так.

Доводы Мэллори, его горячность заметно смутили Фрейзера; Том и Брайан, впервые осознавшие масштаб обрушившейся на них беды, растерянно переглянулись, а затем гневно воззрились на инспектора.

– Не будем спешить, – неуверенно начал Фрейзер. – Как только рассеется туман и восстановится порядок…

– Капитан Свинг таится в тумане, который никогда не рассеивается, – оборвал его Мэллори.

– Я не вижу смысла в этом разговоре, мистер Фрейзер! – взмахнул рукой Брайан. – Вы преднамеренно обманули моего брата Томаса и меня! Я не могу доверять никаким вашим советам.

– Брайан прав! – Том смотрел на Фрейзера со смесью презрения и удивления. – Этот человек объявил себя твоим другом, Нед, и мы говорили с ним о тебе совершенно свободно, ничего не скрывая! А вот теперь он вознамерился нами командовать! – Том потряс тяжелым кулаком. – Я намерен проучить этого капитана Свинга! И если начать придется с вас, мистер Фрейзер, то я готов!

– Тише, ребята, тише, – осадил братьев Мэллори, неторопливо вытирая рот салфеткой. На них уже начинали оборачиваться. – Фортуна нам благоприятствует, мистер Фрейзер, – добавил он, повернувшись к инспектору. – Я обзавелся револьвером. И Брайан тоже вооружен.

– Господи помилуй, – безнадежно вздохнул Фрейзер.

– Я не боюсь Свинга, – продолжал Мэллори. – Помните, я уже уложил его однажды? Лицом к лицу он просто жалкий щенок.

– Он – в доках, Мэллори, – возразил Фрейзер. – Вы всерьез надеетесь провальсировать через толпы бунтовщиков в самом опасном районе Лондона?

Перейти на страницу:

Все книги серии Иностранная литература. Современная классика

Время зверинца
Время зверинца

Впервые на русском — новейший роман недавнего лауреата Букеровской премии, видного британского писателя и колумниста, популярного телеведущего. Среди многочисленных наград Джейкобсона — премия имени Вудхауза, присуждаемая за лучшее юмористическое произведение; когда же критики называли его «английским Филипом Ротом», он отвечал: «Нет, я еврейская Джейн Остин». Итак, познакомьтесь с Гаем Эйблманом. Он без памяти влюблен в свою жену Ванессу, темпераментную рыжеволосую красавицу, но также испытывает глубокие чувства к ее эффектной матери, Поппи. Ванесса и Поппи не похожи на дочь с матерью — скорее уж на сестер. Они беспощадно смущают покой Гая, вдохновляя его на сотни рискованных историй, но мешая зафиксировать их на бумаге. Ведь Гай — писатель, автор культового романа «Мартышкин блуд». Писатель в мире, в котором привычка читать отмирает, издатели кончают с собой, а литературные агенты прячутся от своих же клиентов. Но даже если, как говорят, литература мертва, страсть жива как никогда — и Гай сполна познает ее цену…

Говард Джейкобсон

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза
Последний самурай
Последний самурай

Первый великий роман нового века — в великолепном новом переводе. Самый неожиданный в истории современного книгоиздания международный бестселлер, переведенный на десятки языков.Сибилла — мать-одиночка; все в ее роду были нереализовавшимися гениями. У Сибиллы крайне своеобразный подход к воспитанию сына, Людо: в три года он с ее помощью начинает осваивать пианино, а в четыре — греческий язык, и вот уже он читает Гомера, наматывая бесконечные круги по Кольцевой линии лондонского метрополитена. Ребенку, растущему без отца, необходим какой-нибудь образец мужского пола для подражания, а лучше сразу несколько, — и вот Людо раз за разом пересматривает «Семь самураев», примеряя эпизоды шедевра Куросавы на различные ситуации собственной жизни. Пока Сибилла, чтобы свести концы с концами, перепечатывает старые выпуски «Ежемесячника свиноводов», или «Справочника по разведению горностаев», или «Мелоди мейкера», Людо осваивает иврит, арабский и японский, а также аэродинамику, физику твердого тела и повадки съедобных насекомых. Все это может пригодиться, если только Людо убедит мать: он достаточно повзрослел, чтобы узнать имя своего отца…

Хелен Девитт

Современная русская и зарубежная проза
Секрет каллиграфа
Секрет каллиграфа

Есть истории, подобные маленькому зернышку, из которого вырастает огромное дерево с причудливо переплетенными ветвями, напоминающими арабскую вязь.Каллиграфия — божественный дар, но это искусство смиренных. Лишь перед кроткими отворяются врата ее последней тайны.Эта история о знаменитом каллиграфе, который считал, что каллиграфия есть искусство запечатлеть радость жизни лишь черной и белой краской, создать ее образ на чистом листе бумаги. О богатом и развратном клиенте знаменитого каллиграфа. О Нуре, чья жизнь от невыносимого одиночества пропиталась горечью. Об ученике каллиграфа, для которого любовь всегда была религией и верой.Но любовь — двуликая богиня. Она освобождает и порабощает одновременно. Для каллиграфа божество — это буква, и ради нее стоит пожертвовать любовью. Для богача Назри любовь — лишь служанка для удовлетворения его прихотей. Для Нуры, жены каллиграфа, любовь помогает разрушить все преграды и дарит освобождение. А Салман, ученик каллиграфа, по велению души следует за любовью, куда бы ни шел ее караван.Впервые на русском языке!

Рафик Шами

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза
Пир Джона Сатурналла
Пир Джона Сатурналла

Первый за двенадцать лет роман от автора знаменитых интеллектуальных бестселлеров «Словарь Ламприера», «Носорог для Папы Римского» и «В обличье вепря» — впервые на русском!Эта книга — подлинный пир для чувств, не историческая реконструкция, но живое чудо, яркостью описаний не уступающее «Парфюмеру» Патрика Зюскинда. Это история сироты, который поступает в услужение на кухню в огромной древней усадьбе, а затем становится самым знаменитым поваром своего времени. Это разворачивающаяся в тени древней легенды история невозможной любви, над которой не властны сословные различия, война или революция. Ведь первое задание, которое получает Джон Сатурналл, не поваренок, но уже повар, кажется совершенно невыполнимым: проявив чудеса кулинарного искусства, заставить леди Лукрецию прекратить голодовку…

Лоуренс Норфолк

Проза / Историческая проза

Похожие книги

Бегемот
Бегемот

В этом мире тоже не удалось предотвратить Первую мировую. Основанная на генной инженерии цивилизация «дарвинистов» схватилась с цивилизацией механиков-«жестянщиков», орды монстров-мутантов выступили против стальных армад.Но судьба войны решится не на европейских полях сражений, а на Босфоре, куда направляется с дипломатической миссией живой летающий корабль «Левиафан».Волей обстоятельств ключевой фигурой в борьбе британских военных, германских шпионов и турецких революционеров становится принц Александр, сын погибшего австрийского эрцгерцога Фердинанда. Он должен отстоять свое право на жизнь и свободу, победив в опасной игре, где главный приз власть над огромной Османской империей. А его подруга, отважная Дэрин Шарп, должна уберечь любовь и при этом во что бы то ни стало сохранить свою тайну…

Александр Михайлович Покровский , Скотт Вестерфельд , Олег Мушинский , Владимир Юрьевич Дяченко

Фантастика / Альтернативная история / Детективная фантастика / Стимпанк / Юмористическая проза