Читаем Мамзель Нюська полностью

После завтрака Кристина убежала в школу. Пора было и Ане собираться. Позвонив Марине Борисовне и предупредив хозяйку о том, что она не сможет прийти на работу вовремя, быстро собравшись, она с тяжелым сердцем, но с осознанием того, что через это все равно придется пройти, направилась в отделение полиции.

Дежурный полицейский на входе, проверив ее паспорт и повестку, направил ее в кабинет следователя:

— Вам на второй этаж, кабинет 207, следователь Лазько.

Поднявшись на второй этаж, Аня решительно постучала в дверь кабинета и, услышав приглашение, вошла. Она ожидала увидеть в кабинете следователя- мужчину, но увидев за столом немолодую одетую в китель с погонами женщину от неожиданности даже начала заикаться:

— Вот…ну…повестка у меня…к следователю Лазько.

— Проходите, присаживайтесь. Следователь Лазько — это я. Людмила Ивановна.

Аня прошла, присела на стул рядом со столом. Сердце бухало так, что стук его эхом отдавался в голове.

— Давайте Вашу повестку и паспорт.

Аня, молча, подала повестку и паспорт следователю. Проверив документы, та отложила их в сторонку и, достав бланки документов, начала задавать вопросы.

— Назовите Ваше имя.

— Фролочкина Анна Михайловна.

— Полных лет?

— Тридцать девять.

Задав еще несколько формальных вопросов, следователь, наконец, приступила к главным вопросам, которые она хотела задать Анне.

— Догадываетесь, по какому вопросу я Вас вызвала?

Аня неопределенно пожала плечами и также неопределенно ответила:

— Об этом деле все село гудит.

— Понятно. Вам знакома Зоя Владимировна Овчаренко?

Поняв, что разговор пойдет, скорее всего, не о ней, а о Зойке, Аня выдохнула облегченно и начала отвечать на вопросы следователя уже более спокойно.

— Да, конечно. Работали вместе.

— По рассказам свидетелей Вы не только работали вместе, но и дружили.

— Можно сказать и так.

— Однако свидетели утверждают, что ваша дружба носила особый характер.

Аня не удержалась от вопроса:

— Какой такой особый характер?

Следователь недовольно посмотрела на Аню и продолжила:

— Вы часто выпивали вместе?

Ане был неприятен этот вопрос, но поежившись, она ответила:

— Ну да. Было, что и выпивали.

Следующий вопрос, заданный следователем, озадачил Аню:

— Вы считаете, что Зоя была Вашей настоящей подругой?

Снова неопределенно пожав плечами, Аня также неопределенно ответила:

— Не знаю. Других подруг у меня не было.

Людмила Ивановна постучала по столу кончиком ручки, которой она заполняла протокол, словно раздумывая, какой же следующий вопрос задать.

— Вы были откровенны с ней? Я имею в виду, много ли Вы рассказывали о своей жизни.

— Да практически все.

— А она с Вами была также откровенна? Рассказывала что-то о себе?

— Да нет. Конкретно о себе она мало рассказывала. Говорила, что вся жизнь у нее кувырком. А что в этой жизни было конкретно не так? Нет, не говорила.

Следователь внимательно посмотрела на сидящую напротив нее женщину.

— То есть о том, что ее сын воспитывается в детском доме, а дочь с младенчества воспитывает бабушка, Вы не знали?

Удивленная Аня ответила:

— Я вообще думала, что у нее нет детей. Она никогда о них не говорила.

— И о том, что она была судима за мошенничество и три года была в заключении, Вы тоже не знали?

Удивлению Ани не было предела:

— Да откуда?! Я вообще думала, что, может, ее муж бросил, вот она сюда к нам и приехала. Расспрашивать было неудобно.

— Ну, мужа официального у нее никогда и не было. А вот последний гражданский муж Константин Боровой? Его, я думаю, Вы знаете.

— Константин Боровой? Костик? Ну да, Зойка нас с ним познакомила. Вместе выпивали однажды. Но Зойка сказала, что они расстались.

Этот разговор о Зойке как-то немного стер дистанцию между Аней и следователем и Аня, все еще была удивленная тем, что она, оказывается, совсем не знала того человека, которого считала долгое время своей подругой, отвлеклась от допроса. Но Людмила Ивановна, видимо почувствовав, что Анна расслабилась, уже другим — строгим официальным — голосом продолжила допрос:

— С кем еще Вас знакомила Зоя Владимировна? Знакомы ли Вы с Евгением Кривошеенко, Виктором Бубликовым, Денисом Рубцовым, Дмитрием Поповым?

Аня снова пожала плечами.

— Нет, ни с кем больше не знакомила. А кто это? Я их должна знать?

Испытующе посмотрев на нее, Людмила Ивановна ответила:

— Думаю, что знаете. Хорошо, по именам Вы их не знаете. Значит, Вас с ними не знакомили. Попробуем по фотографиям.

Следователь разложила на столе перед Аней четыре фотографии. Конечно, Аня сразу узнала и «громилу» и «крысеныша». Двое других были ей не знакомы.

— Ну, так что? Узнаете кого-либо из них?

Отведя глаза, Аня ответила:

— Нет, не знаю.

— Разве Зоя не знакомила Вас с ними? Они не выпивали вместе с Вами?

Но Аня продолжала стоять на своем:

— Нет. Не знакомила.

И здесь она ненамного грешила против истины. Она ведь действительно не знала имен своих мучителей.

Открыв верхний ящик стола, Людмила Ивановна достала из него и положила перед Аней женский бюстгальтер. Аня сразу узнала свою вещь. Он был на ней в тот злосчастный вечер. Следователь, между тем, продолжила: