Женя заботлив, завтрак в постель — каждый день. Но меня всё больше охватывает чувство одиночества. Мне кажется, что я, в сущности, никому не нужна. Раз я перестала быть любима родителями, раз я не нужна дочери, раз меня возненавидел так любивший когда-то первый муж, то с ка-кой такой стати меня будет вечно любить Женя? Да и он уже вполне разочарован мной. Меня никто не любит «больше всех». А я? Я любила мать больше всех, она меня нет, теперь и я её разлюбила. Я любила и люблю дочь больше всех, не знаю, любит ли меня Алиса так, как хотелось бы... Теперь я так сильно люблю Женю... Что дальше? Что будет?

Сегодня ночью меня хотели посадить на электрический стул (во сне, разумеется). Я орала, как потерпевшая, умоляла этого не делать. И всё потому, что жутко боюсь двух вещей: боли и того, что после нет ничего. Во сне это так чётко проявилось, просто удивительно! Я кричала, умоляя дать мне гарантии не только того, что всё будет быстро и не больно, но ещё и того, что есть загробная жизнь. Значит, всё-таки я сомневаюсь и потому боюсь. Пропади всё пропадом.

Вчера Женя был на похоронах своего однокурсника, который вдруг взял и покончил с собой. При полном внешнем благополучии. Так-то.

Женя хочет положить меня в больничку. Господи, только не это! Хотя чувствую, что он прав. Но не могу, не могу, не хочу!!!!!!!!!!!!!! Можно я умру дома, а?

Работы для меня никакой нет. В моей ситуации можно рассчитывать только на знакомых, коих я растеряла за последние три-четыре года...

Да, кстати, отец не согласился с моей оценкой «творчества» брата. Либо я уже ничего не соображаю, либо папа маразмирует. Правда, Женя со мною согласен, что сильно утешает. Хотя кто не ошибается? Может, стоило бы почитать ещё что-нибудь, написанное братом, но почему-то не хочется.

Хотела направить ещё одно резюме на какую-то непонятную вакансию, но Инет так ужасно работает, что сие невозможно.

Каким-то чудом удалось отправить резюме. Теперь у меня есть чувство выполненного долга. Но никаких надежд, всё это чепуха.

А побыть иногда одной дома даже хорошо — спокойно так! Женя сейчас с Ветой где-то в городе встречается, я одна.

Интересно, где сейчас Алиса? Звонить не буду, зачем раздражать? Просто мне неуютно немного, когда я не знаю, где она, что с ней...

Всё, пришёл Женя, концерт окончен.

5 марта

Я совершенно разбита. Полдня спала, что буду делать ночью? Не понимаю, куда деваются силы, почему их нет совершенно... Абадора. Сегодня пришло это слово. А, может, оно существует? Надо проверить... сейчас... Так, какой-то «абадор», вроде, существует, но что это такое, я так и не поняла. Курфелия. Сейчас опять проверю... Курфелии нет. На имя похоже. Надо сказать, что эти словечки начинают меня донимать. Еще с пяток пришедших сегодня на ум я всё-таки забыла. Пилтрас... Нечто прибалтийское? Чёрт, полезли! Даже смешно. Женю знобит, только бы не заболел. От Алисы ни слуху, ни духу. Меня тошнит. И физически, и морально. В голове опять помойка, протухшее мусорное ведро.

По телику «Фантазии Фарятьева». Вот почему Алиса не идет из головы — это же её первая роль в театральном кружке. Ах, ты мой «Любасик»! Ну что же делать со своим организмом? И опять холод, опять зима, снова минус десять. Женя задремал в пледе. Мутит, мутит... Господи, даже писать не о чем.

Выпила внеплановый феназепам — адски жмёт в солнечном сплетении. Дикое напряжение. Что же это творится со мной? Женя, кажется, уснул. Все-таки, боюсь, он нездоров. Как же хочется выпить любимый некогда клоназепам, он так помогал мне в этих ситуациях! А нельзя. Один раз выпила — ого! В сочетании со всем тем, что я принимаю эффект был ужасающий. Думала, помру. Теперь боюсь... Хотя надо бы просто посоветоваться с доктором. Не хочется-а-а-а...

Алиса у моих родителей. Вроде жива-здорова. Боже, что же за напряжение внутри! Просто разрывает. Не о чем писать. Плохо мне. Совсем плохо. Апрадона. Турфалина. Парделик. Вяжите меня, везите меня в психушку! Сомекута.

Завтра надо быть в силах, в порядке. Хоть бы на полдня меня хватило. Всё, больше не могу писать. Крутит меня всю.

Моя дурацкая карьера

Год 2000-й, конец второго тысячелетия, вот-вот прибудет Мессия, неумолимо приближается Ошибка-2000 и прочие весёлые глупости одуревшего человечества. Впрочем, какое дело мне было до человечества, если моя собственная, единственная, крохотная жизнь летела в тартарары?

Вот уже три года как я успешно работала, обожая свою работу, получая настоящее удовольствие и находя в ней теперь, в общем-то, главную радость своей жизни. Я была журналистом, редактором, придумщиком, генератором идей, словом, абсолютно творческим человеком, который дважды в месяц получал зарплату с чувством некоторой неловкости, так как искренне думал, что ему её платят... за им же получаемое удовольствие.