Читаем Мама! Не читай... полностью

Я опять поела, точнее, перекусила и выпила горячий кофе с коньяком, уж очень я мёрзла! Каждый вечер одно и то же! Видимо, это не прекратится, пока не потеплеет. У меня такое ощущение, что уличный термометр замёрз на отметке -10 и ни туда, ни сюда. Все тело ломит, требует движения, зарядки, плавания, аэробики. Просто чувствую: мышцы стонут, косточки плачут, сосудики ноют. А вот утром опять не будет никаких сил, ни грамма энергии. Зато (чёрт! Чёрт!! чёрт!!!) заболел живот!!! Надоел, сволочь! А вообще такое ощущение, что у меня болит всё! Кроме локтей и ляжек.

Скоро пойду спать, точнее, в спальню — залягу, может, посмотрю телик. Фильм, который Женя смотрит, а я — нет, кончится в первом часу ночи. А мне ужасно «лениво» смотреть такой длинный фильм, не отрываясь, тем более, с Брэдом Питтом, которого я не люблю. Словом, Женя занят до ночи по уши, можно считать себя свободной. Все, заканчиваю, удаляюсь...

20 февраля

Обычное утро, обычное начало дня. Ничего нового или неожиданного. Правда, Женя сказал, что я очень беспокойно спала, металась, а он меня утешал и гладил по головке. Ничего этого не помню, а вот свой сон помню хорошо — очевидно, это он меня доконал. Итак, я родила двойняшек, мальчика и девочку. Где, что, как, от кого — неизвестно. И где я — непонятно, и что за люди вокруг меня тоже. Вроде где-то недалеко бродит мать... И вот я, вроде довольная, но какая-то не вполне счастливая, подбираю им имена. Откуда-то берутся «Люба» и «Слава» (что за чушь!). Но главное, что ужасно мучает меня, не даёт... радоваться, что ли? После мучительных размышлений я понимаю, в чём дело... Я вспоминаю родившуюся Алису, те чувства, которые испытывала тогда, и с горечью осознаю, что ни за что не смогу любить этих малышей даже вполовину той силы, в какую я любила дочку. И я начинаю рыдать из-за этого, жутко рыдать. И ещё я говорю (кому?): «Я смогу их воспитать, я многое поняла, знаю, каких ошибок нельзя делать, я многое могу им дать, но вот любить их...» Словом, ужас.

Подстриглась, подкрасилась. Очень даже хорошо. Довольна. Женя занялся домашними делами — все в укрытие! Ей-богу, лучше для нас обоих впредь вызывать «мужа на час». Так ведь не даст! Но он просто невыносим в эти моменты.

Много думаю о смерти — ничего криминального. Просто, чем больше я о ней думаю, тем меньше боюсь. Тем больше верю, что ПОТОМ что-то есть. Я не боюсь смерти, я боюсь боли, мук, старости. И этого я любой ценой хочу избежать. И избегу. А смерть мне всё больше представляется... радостью, что ли. Нет — освобождением! Вот точное слово. Мне кажется, что я взлечу, освобожденная, из гадкого, больного тела, оторвусь от этой противной, грязной земли... Хей, хей, хей! Нет боли, нет страха, нет муки, нет слабости и вечной тошноты! Вот только этот переход от жизни к смерти должен быть непременно болезненным — закон жизни. Значит, надо, чтобы переход был как можно более коротким и быстрым. Вот над этим и надо размышлять. Уйти быстро и безболезненно. Не от старости, не от болезни — нет! Как для кого-то радостная, ожидаемая перспектива — долгая, счастливая жизнь со всеми ее приятностями, так для меня такой желанной перспективой становится (или уже стало?) грядущее освобождение.

А тем временем надо заняться собой всерьез. Вы будете смеяться, я опять о зарядке. «Ну, на-да!!!» И за волосиками надо получше поухаживать. И за мордочкой. Я, видимо, до последнего дня своего буду стараться делать всё, чтобы хорошо выглядеть, быть опрятной и приятной. Наверное, никакая депрессия не способна выбить меня из этой колеи. Хи... Одной рукой резать вены, а другой поправлять макияж. Супер-картинка! Но это про меня, точно.

Ха, поймала себя на противоречии: если я буду делать зарядку, следить за собой по максимуму, буду активна, значит, у меня будут силы, не так ли? Значит, я буду здорова? Зачем мне тогда смерть-освобождение? А-а, потому что остается душевная боль, опустошенность и сознание полной собственной никчёмности. Впрочем, всё это, скорее всего, мне и не даст нужных сил и энергии. Ладно, посмотрим. По крайней мере, одна дверка всегда остается...

Мне сорок, сорок, скоро сорок один! И уже всё: никому не нужна, ничего из себя не представляю. Неужто я настолько оказалась бездарна? Женя говорит, что это из-за болезни. Возможно, он прав. Конечно, я делала ошибки, свойственные многим людям, но, анализируя, я понимаю, что так напортить своими ошибками я себе не могла. Вспоминаю об упущенных возможностях: три года назад я потеряла как минимум две великолепные вакансии только по той причине, что лежала в трансе из-за травли Шуриком и родителями. Тогда я могла только лежать трупом да принимать «гостей» из «Скорой помощи». Как вспомню, так до кровавых слез обидно!