Читаем Макумба полностью

Шурик выглянул в окно и увидел там восставшего из могильного праха Вацека с обрезком железной трубы в руке.

( Беата, ( позвал Шурик хозяйку. ( Ты не волнуйся, это мне моя подруга макумбу пристраивает. Это не твой Вацек. Это только кажется.

( То ты хочешь казать, что я много выпила? ( от ужаса Беата громко стучала зубами.

Он насилу уговорил польку лечь, но Вацеку это не понравилось и он снова трахнул по ставне трубой. В конечном итоге Шурику пришлось ночевать на кресле, которое не перестававшая причитать Беата: "Давно пора было домой в Полонью въехать из той сратой Бразилии!", ( выставила ему в кухню.

Когда рассвело, Шурик решительно направился на Авенида Атлантика. Не доходя метров пятидесяти до дома, где он провел четыре роскошных года, он услышал протяжный треск и, подняв голову, увидел неторопливо клонящийся к нему кипарис.

Он провел в больнице неделю. Ночью перед выпиской в окно постучали. Самоубийца, которого, видимо, не радовала возложенная на него миссия, сказал через стекло:

( Шурик, твоя Сандра не дает мне покоя. Она говорит, что желает тебя видеть.

Вацек стоял на телевизионном кабеле, который тянулся от окна палаты к телеграфному столбу, балансируя все той же железной трубой.

( А до Беаточки моей не ходи. Лады?

Шурик не поехал ни к Майбиде, ни к Беате. Прямым ходом он махнул в аэропорт, и уже на следующее утро мама кормила его домашними котлетами.

Майбида позвонила к обеду. Шурик включил на телефонном аппарате спикер и подавленно слушал, как его разъяренная подруга клялась всем своим сатанинским пантеоном устроить семейству Пастернаков черную жизнь. Мать Шурика с методичностью заводной куклы повторяла в трубку: "Алекс ноу хоум. Алекс ноу хоум!"

Ночью Шурику приснился страшный сон. Омытая голубым сиянием луны женщина нежно целовалась с прильнувшим к ней гусем. Из мрака доносился грохот барабанов, мешающийся с шумом близкого водопада. Когда она оторвалась от него, гусь, вытягивая шею, стал следовать за змеиными движениями ее рук. Подчиняясь им, он положил голову на плоский как эшафот камень. Женщина достала мачете и, примерившись, отмахнула гусю голову. Собрав в ладони бьющую фонтаном черную кровь, женщина опустила в нее лицо. Гусь же поднялся, и Шурик увидел, что тот стоит посреди кладбища. Потоптавшись на месте, он заковылял между надгробиями в направлении покачивающегося над могилами оранжевого, как от костра, зарева. Шурик подкрутил визир своего внутреннего взора и двинулся за обезглавленной птицей. Скоро он увидел стоявшее на четырех надгробиях кривоногое кресло с высокой спинкой, скрывавшей сидевшего в нем. "Это дигектог кладбища!" ( крякнула где-то рядом отрубленная гусиная голова. Приблизившись к креслу, гусь остановился и, сделав почтительный поклон, то есть, отставив лапку и любезно развернув к земле одно крыло, с сухим хлопком взорвался. Когда перья, качаясь из стороны в сторону, осели, Шурик увидел окровавленное лицо Сандры Майбиды, которая громко расхохоталась и, ударив себя по внутреннему сгибу локтя ребром ладони, сказала зло: "Вот ты от меня уйдешь!"

Шурик проснулся в холодном поту с бешено бьющимся сердцем. Он подошел к окну и стал свидетелем удивительного природного феномена. Брайтонский променад с его магазинчиками, кафе, велосипедистами, собачниками, пенсионерами, собирающими пустые банки бездомными и разноцветными пляжниками был залит солнцем, а над их выходившим одной стороной на океан, а другой ( на Седьмую улицу домом, висела черная грозовая туча. Сквозь толстые как канаты струи дождя время от времени прорастал с сухим треском электрический корень молнии.

Родители куда-то собирались, тихо споря, брать ли им зонтик.

( Вы куда? ( спросил Шурик.

( Да вот, мать к врачу веду, ( сказал отец.

( После того, как я поговорила с твоей подругой, ( пожаловалась мама, ( у меня такое чувство, как будто кто-то держит меня рукой за сердце.

Через неделю непрекращающегося дождя Шурик вышел на улицу за газетой. На страницах, где рекламировались экстрасенсы, народные целители и гадалки, он нашел алтайскую шаманку бабу Настю и созвонился с ней. Он, как говорится, решил вышибать клин клином. Бразильский ( алтайским.

За день до встречи он испытал еще одно потрясение. Стоя под душем, он обнаружил на левом плече зеленовато-серое пятно, какие были на трупе бездомного, пролежавшего с неделю под настилом набережной на Трокадеро. От ужаса Шурик сел на край ванны. На следующее утро, только открыв глаза, он увидел двух тараканов, деловито разгуливавших по разросшемуся пятну на плече, так, словно они прикидывали размеры новой жилплощади.

Шаманка, поводив вокруг него руками, сказала:

( Заколдовала тебя, милай, подружка твоя, да крепко-то ка-ак. Давно я такой любови не видала. Тут травы нужны особые, а лучше даже и кровь пустить.

( Кому? ( испугался Шурик.

( Ну, може петушку молодому, чи даже поросеночку. Потому как у поросеночка уже и душа вроде есть, так оно и посильнее буде.

( А с пятнами что делать?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Аламут (ЛП)
Аламут (ЛП)

"При самом близоруком прочтении "Аламута", - пишет переводчик Майкл Биггинс в своем послесловии к этому изданию, - могут укрепиться некоторые стереотипные представления о Ближнем Востоке как об исключительном доме фанатиков и беспрекословных фундаменталистов... Но внимательные читатели должны уходить от "Аламута" совсем с другим ощущением".   Публикуя эту книгу, мы стремимся разрушить ненавистные стереотипы, а не укрепить их. Что мы отмечаем в "Аламуте", так это то, как автор показывает, что любой идеологией может манипулировать харизматичный лидер и превращать индивидуальные убеждения в фанатизм. Аламут можно рассматривать как аргумент против систем верований, которые лишают человека способности действовать и мыслить нравственно. Основные выводы из истории Хасана ибн Саббаха заключаются не в том, что ислам или религия по своей сути предрасполагают к терроризму, а в том, что любая идеология, будь то религиозная, националистическая или иная, может быть использована в драматических и опасных целях. Действительно, "Аламут" был написан в ответ на европейский политический климат 1938 года, когда на континенте набирали силу тоталитарные силы.   Мы надеемся, что мысли, убеждения и мотивы этих персонажей не воспринимаются как представление ислама или как доказательство того, что ислам потворствует насилию или террористам-самоубийцам. Доктрины, представленные в этой книге, включая высший девиз исмаилитов "Ничто не истинно, все дозволено", не соответствуют убеждениям большинства мусульман на протяжении веков, а скорее относительно небольшой секты.   Именно в таком духе мы предлагаем вам наше издание этой книги. Мы надеемся, что вы прочтете и оцените ее по достоинству.    

Владимир Бартол

Проза / Историческая проза
Афганец. Лучшие романы о воинах-интернационалистах
Афганец. Лучшие романы о воинах-интернационалистах

Кто такие «афганцы»? Пушечное мясо, офицеры и солдаты, брошенные из застоявшегося полусонного мира в мясорубку войны. Они выполняют некий загадочный «интернациональный долг», они идут под пули, пытаются выжить, проклинают свою работу, но снова и снова неудержимо рвутся в бой. Они безоглядно идут туда, где рыжими волнами застыла раскаленная пыль, где змеиным клубком сплетаются следы танковых траков, где в клочья рвется и горит металл, где окровавленными бинтами, словно цветущими маками, можно устлать поле и все человеческие достоинства и пороки разложены, как по полочкам… В этой книге нет вымысла, здесь ярко и жестоко запечатлена вся правда об Афганской войне — этой горькой странице нашей истории. Каждая строка повествования выстрадана, все действующие лица реальны. Кому-то из них суждено было погибнуть, а кому-то вернуться…

Андрей Михайлович Дышев

Детективы / Проза / Проза о войне / Боевики / Военная проза