Читаем Ловцы кошмаров полностью

Сундук был с тройным дном. Первое вынималось за рукоятку и вытаскивалось наружу полностью. На нём лежали инструменты для проведения операций, несколько баночек с мазями и чистый лён. Второе дно имело особый механизм: оно разделялось напополам, и половинки выдвигались вверх и в стороны, являя собой третье, настоящее дно сундука. На половинках хранились уже готовые микстуры, растворы и припарки в баночках и колбочках самых разных форм. Под всем этим, в самом низу, лежало несколько мешочков с сушёными травами и ещё чистый лён и кожаные ремни.

Когда Аглехас раскладывал всё по местам, закончив осмотр, полог шатра аккуратно отодвинули, и внутрь заглянул Эррудун.

— Не помешаю?

Аглехас взглянул на нежданного гостя, но ничего не ответил. Эррудун, впрочем, воспринял отсутствие возражений как согласие и вошёл внутрь. Поскольку шатёр был невысок, Эррудуну пришлось сесть.

— Вижу, ты провёл осмотр инструментов. Ты всем доволен?

— Да. Здесь есть всё необходимое.

— Хорошо. Если тебе понадобится что-то ещё, то обращайся к Рифенлуру или же напрямую ко мне.

— Полагаю, просьба остановить войну и оставить земли Фэранфада не одна из тех вещей, о которой я могу попросить? — мрачно спросил лекарь.

Эррудун вздохнул:

— Аглехас, отчасти я способен понять твои чувства. Ты расстроен, возможно, даже обижен захватом Кайрога и войной в Фэранфаде. А ещё несколько недель бессонницы и недавняя битва совсем вымотали тебя. Зайди ко мне через пару дней. К этому моменту ты немного освоишься и восстановишь силы.

Эррудун встал и уже откинул полог, когда Аглехас с лёгким вызовом спросил:

— Зачем мне приходить?

— За ответами на вопросы.

***

Разумеется, пары дней, чтобы привыкнуть к походному режиму в рядах вражеской армии по землям собственной родины, Аглехасу не хватило. Его терзали неприятные мысли. Он оставил Кайрог и свой дом. Бросил тех, кому могла понадобиться его помощь как лекаря. Бросил помощниц, даже ничего не сказав им о своём решении…

А ещё сделался пособником по захвату Фэранфада. И каким бы ни был итог этой войны, его участь будет незавидной. Если Эррудуну удастся захватить Хаддельгон, то совесть никогда не перестанет напоминать Аглехасу о том, что он в этом участвовал. А если же случится чудо (во что Аглехас почти не верил после потери Кайрога), и армия Фэранфада возьмёт верх над войсками Эррудуна, то никакие оправдания не спасут Аглехаса от ссылки в промозглые темницы Кархара, а может, даже от виселицы.

Впрочем, кое-что положительное тоже было. Впервые за многие недели Аглехас проспал две ночи подряд сном младенца. Его не мучили никакие ужасные видения во снах, даже невзирая на мрачные мысли. Отчего Аглехас лишь уверился в предположении, что кошмары, одолевающие население Фэранфада, и наступление армии Эррудуна напрямую связаны.

И всё же после дневного перехода Аглехас, который все два дня старался не отходить от своего шатра во время стоянок, решил воспользоваться приглашением Эррудуна.

Можно ли узнать человека за неполный час? Справедливо будет утверждать, что нет. Но Аглехас обладал каким-то особым чутьём, которое он и сам не мог объяснить с помощью логических доводов. Однако он хорошо чувствовал людей, с которыми сталкивался по жизни. По крайней мере, на уровне личностной оценки: понравится ему человек или нет, будет ли ему с ним интересно общаться или нет, является ли этот человек засранцем или же он вполне себе неплох.

И согласно внутренним ощущениям после этой непродолжительной встречи, он не мог назвать Эррудуна засранцем даже и близко. Хотя очень пытался… В конце концов, тот развязал войну в королевстве, а Аглехас был ярым сторонником дипломатических решений. И всё же…

Теперь, после этой встречи, Аглехас был готов поверить тому, что Эррудун не является бездушным тираном, который ради власти и потакания собственному самолюбию стремится подчинить себе народ Фэранфада. Возможно, Эррудун в самом деле обеспокоен положением магов в королевстве, о чём Аглехас, равнодушный к политике, даже не задумывался, принимая свою роль мага-лекаря такой, какой её описали для него другие. И сам Эррудун утверждал, что не хочет, чтобы мирные жители страдали от этой войны. Возможно, и тут он не кривил душой.

По крайней мере, Эррудун сам верил в то, что говорил. Искренне верил. Оставалось лишь узнать, разделял ли воззрения Эррудуна его господин…

***

Солнце уже взошло на востоке, но его лучи пока ещё не доставали до внутреннего дворика таверны, в котором расположился сразу и дровяник, и склад, и конюшня. Колейра сидела на небольшой веранде, крепко держа в руках новенькую деревянную кружку, которую купил ей Гархейд. Напиток внутри посуды источал пар, а кроме него, аромат мёда и имбиря. Гархейд стоял опёршись плечом на деревянную балку и лениво жевал соломинку. Внимание и Гархейда, и Колейры было направлено внутрь двора.