Читаем Ловкач. Часть 2 полностью

Остаток ночи снилось, как Райвен вырывает сердце у Кратера. Кровь ручьями стекала по его рукам, пачкая богатую ткань его одежды. Но как часто бывает во снах, всё идёт совсем не так, как в жизни, и Кратер не умирал, продолжая биться в агонии, а кровь хлестала нескончаемым потоком, заливая пол вокруг. Райвен, его Райвен, измученный, растерянный, с глазами полными неверия в происходящее. Эспер осознавал себя, знал, что спит, но никак не мог разорвать оковы сна, он будто оцепенел и не мог пошевелиться.

Проснувшись утром от сигнала будильника, весь мокрый от пота, он естественно позабыл половину увиденного, а пережитый сон утратил прежнюю значимость. Груз вины, наоборот, возрос троекратно. Предстояло ещё пережить этот день и решить, что ему делать дальше.

Возникла эта глупая мысль о том, что он копирует поведение Кратера. Хочет, чтобы Райвен принадлежал ему безраздельно, но сама природа была против: какое будущее ждёт бессмертную музу и обычного человека? Он ничего не изменит. Он уже совершил ошибку, за которую Райвен был вынужден стереть его память. Один глупый страшный поступок, за который ему предстоит расплачиваться всю жизнь.

* * *

Сегодня была завершена главная часть строительных работ теплиц. Закончив с делами, Райвен отправился домой переодеться, после чего за ним заехала машина.

В конце дня он созвал заседание по вопросам укрепления связей с людьми. Темой обсуждения должно было стать расширение контактов с представителями власти в стране, а также королевской семьёй. К своему приезду он велел подготовить конференц-зал в гостинице «Феномен».

От входа отделилась охрана и последовала за ним. Его сопровождала Добролесна, его зам со своим секретарём, и основное руководство компании, кроме того он вызвал весь управляющий персонал гостиницы.

Его появление в окружении свиты привлекло всеобщее внимание. Гул голосов тут же смолк.

В холле гостиницы выстроились в прямую линию все менеджеры и сотрудники среднего звена. Руководители отделов образовали такую же шеренгу напротив. В гостинице он был не частым гостем, и каждый его визит превращался в представление. А он даже не удосужился запомнить имена большинства из них, придумав особенно отличившимся ассоциации — только так он их ещё как-то различал между собой.

Стоило ему появиться, как откуда-то с противоположной стороны зала донеслось всеми любимое «SOS». Вместо усмешки у него вышло только как-то злобно скривить рот. Сегодня он был не в духе.

Новый хрен у штурвала, и все сразу зашевелились.

Были те, кто пытался рассмотреть выражение его глаз за широкими стёклами солнцезащитных очков, девушки не сводили с него взглядов, кто — закусывал щёки изнутри, чтобы казаться стройнее, и выпячивал грудь, кто — начинал нервно покусывать губки, старший администратор сиял белозубой улыбкой, пихая локтём под рёбра своего молодого помощника. Очки же должны были скрыть тёмные круги под глазами, которые Добролесна предлагала ему замаскировать декоративной косметикой. Ему было плевать, в каком виде он предстанет на собрании. Его занимали сейчас проблемы поважнее.

Привычно прошествовал молча. Эскорт следовал за ним. Руководство отеля, разом выдохнув, потянулось в хвосте. Навстречу вышла Каролина Раушенбах, управляющая отеля «Феномен», бессменно в красном наряде. Само обаяние. Почтительно пожала руку, она была слишком хорошим управленцем, другим следовало поучиться у неё. Сотрудники вытягивали шеи, чтобы не упустить его из вида. Дамы, кому позволяла обувь, вставали на мысочки. Только он обернулся — и все мигом застыли на месте, приняв презабавные позы.

Несмотря на погоду, на нём был чёрный жакет с вышивкой золотых листьев на рукавах и воротнике. Но из-за постоянного конденсированного воздуха он не ощущал жары. На груди висел медальон Мануила. Укладку он уже успел превратить в творческий беспорядок, пока нервно перебирал волосы в машине, приказывая себе успокоиться. Он был готов треснуть от злости. Распорядился принести после собрания хорошего коньяка. Всё же он не докатился до того, чтобы напиваться во время работы. Но сегодня, похоже, был близок к этому.

В центре зала располагался огромный П-образный стол, окружённый двумя десятками стульев. Быстро зашли, быстро расселись. Он снял очки и окинул собравшихся немигающим взглядом. Вся его личная жизнь должна была остаться за дверьми этого зала, и если кому-то она кажется увлекательнее работы, то выход прямо за его спиной. С той стороны двери наверняка будет ещё более захватывающе.

По правую сторону сидел его заместитель, Алан Вуд, частенько выступавший на собраниях от его лица. С левой — Добролесна, ведя записи. Он впервые помалкивал на заседании, не вмешиваясь с комментариями.

День казался бесконечным, как и обсуждение темы. Несколько человек выступило с презентацией, и каждый пытался его заинтересовать и навязать какие-то свои идеи. Райвен не был готов сейчас внимать каждому, но сегодня в этом зале прозвучало пара толковых мыслей.