Читаем Ловкач. Часть 2 полностью

— Если я поступаю определенным образом, значит, на то есть причина. Я хочу, чтобы ты услышал меня.

— Ты даже не пытаешься отрицать! — ужаснулся Эспер. — То, что ты муза, какое-то высшее создание, не даёт тебе права… — Эспер покачал головой, его всего трясло. Сердце бешено колотилось о рёбра. — Ты просто не имеешь права! Да кто ты — бог?!

Райвен одним глотком допил кофе и со стуком отставил чашку на блюдце.

— Я не обязан давать тебе разъяснения: на что я имею права, а на что нет.

— Зачем ты тогда вообще спустился со своего Олимпа?!

Взгляд Райвена вспыхнул от злости. К ним направилась официантка, неся поднос с тарелками, — этот момент мужчина использовал, чтобы прервать разговор.

— Я вернусь, и мы поговорим, — мрачно бросил Райвен. — Возвращайся в гостиницу.

Эспер понял, что уже минут пять не видел, чтобы собеседник моргал.

Зал ресторана вдруг показался очень тесным, а ужасная энергетика Райвена слишком сильной. Эспер шарахнулся в сторону. Он не мог дальше находиться с Райвеном в одном помещении, ему даже дышать было трудно.

Райвен не собирался приводить его в чувство, успокаивать, просить замолчать, вместо этого мужчина смерил его взглядом и направился к выходу. Вот так. Он удостоился одного лишь беглого взгляда. Райвен не обязан перед ним отчитываться — так он сказал.

Что было в этом взгляде, Эспер так и не смог понять. Но от человека там точно не было ничего.

Бросив ужин на столе, Эспер вылетел из здания. Сердце билось с такой силой, что он почти сразу перешёл на медленный шаг. Его колотило, но на лбу выступила испарина. На ходу он набрал номер мистер Доша, тот наверняка уже в курсе. Он почти не помнил, как добрался до гостиницы и отыскал босса, ему нужно было знать, что произошло с Добролесной и сможет ли он её увидеть. Ему казалось, что если он увидит тело, то многое прояснится. Но в глубине души понимал, что он просто не мог принять факт её смерти.

— Что произошло? — слегка запыхавшись, бросил Эспер, столкнувшись с боссом в дверях гостиницы. Над их головами зазвенел колокольчик. — Вы уходите? Я могу пойти с вами?

— Это исключено. Возвращайся к себе в номер, — рявкнул тот, пытаясь его обойти.

Он пытался убедить мистера Доша, что ему нужно увидеть Дэб, но тот не захотел его и слушать.

— Полиция разберётся, оставайся здесь. Так от тебя меньше проблем. Если понадобишься, я дам знать.

Босс неодобрительно покосился на мистера Дженкинса, который наблюдал за их перепалкой, тот даже вышел из-за барной стойки.

— Но я не могу просто сидеть в номере!

— Ты совсем охренел?! Не смей со мной спорить, сопляк! — Дош толкнул его, отодвигая с пути. — Если не хочешь потерять эту работу, немедленно возвращайся к себе в комнату! Я не собираюсь повторять дважды для таких остолопов, как ты, щенок!

Выбор у него был небогат. Он не хотел в одночасье потерять всё: работу, любимого мужчину, команду. Должен же быть хоть какой-то здравый смысл.

Так ужасно он себя ещё никогда не чувствовал. Ему казалось, будто его заживо режут на части. Тело ломило, перед глазами всё плыло, или, возможно, это было от слёз, которых он тоже не помнил.

В комнате он рухнул на кровать, даже не потрудившись снять ботинки. Он просто лежал, не двигаясь.

Даже если Добролесна была сообщницей Райвена с самого начала, теперь всё это — его обвинения, домыслы — всё это потеряло смысл. Она сама оказалась жертвой.

Тело Деланей не нашли до сих пор. С ужасом, от которого обмирало внутри, он представил, как это известие восприняли её родные. Отец Камиллы не приходил в сознание уже несколько месяцев.

Время шло, Эспер мозолил глазами потолок: он то вращался, то застывал. Эспер словно покачивался на волнах боли. Он до сих пор любил Райвена. Ещё как. Он обожал Райвена. Глаза пересохли, пока он таращился в одну точку. Он ощущал к себе отвращение, к своей доверчивости. Он был так наивен! Он, правда, думал, что нашёл идеального человека, с которым у них всё сложится. От собственных противоречий он готов был на стенку лезть.

Сам не заметил, как задремал. Даже во сне они продолжали спорить с Райвеном. На те краткие мгновения, когда он забывался сном, он мог ощущать, как его разрывают противоречия, он уже не знал чему верить. Просыпаясь, он ощущал себя выжатым как лимон. Одеяло сбилось, простыня была смятой. Дрёма больше походила на больную кому. Ему мерещилось, что видения из сна прочно опутали его по рукам и ногам, и все попытки выпутаться безуспешны.

С трудом Эспер перевалился на бок, после чего перевернулся на живот, подмяв щекой влажную от пота подушку.

Он так хотел, чтобы Райвен его любил — этим были заполнены все его мысли последние месяцы. Он так хотел быть значимым для любимого, особенным. Он ловил каждое слово Райвена, радовался, как ненормальный, каждой встречи. Он даже смог пережить провал на чемпионате, только потому, что Райвен был рядом. Райвен-Райвен-Райвен. Он не мыслил себя без Райвена. Уйдёт Райвен — и уйдёт вся магия из его жизни. Но он до сих пор не понимал, что движет им. Зачем кому-то его преследовать, пытаться выжить с этого света, пугать, заставлять людей рядом страдать?