Читаем Ловец ласточек полностью

Мне были очень близки эти слова. Эта необходимость чужого присутствия. Пусть я не всегда решалась обратиться за поддержкой, мне было важно знать, что в критический момент кто-то обязательно придёт. Что, когда от безвыходности я позову на помощь, кто-то откликнется. Правда, даже если другой человек сидит в метре от тебя, это не значит, что он будет готов помочь тебе в трудную минуту.

Выйдя из машины у агентства, я первым делом посмотрела на окна второго этажа: они всё ещё были заколочены. Нетронутый снег на крыльце и холодная тишина придавали дому брошенный вид. Золотая дверь потеряла былой блеск.

— Ребята! — К нам подбежала Франтишка. В её руках шуршали увесистые пакеты с продуктами. — Вы не видели Маричку? Я звонила ей с утра, но она не взяла трубку.

— Непохоже, чтобы она куда-то уходила недавно, — заметил Кир. — Вчера она могла, конечно, обзванивать нас не отсюда. Но если агентство снова открыто, то почему ей… не быть здесь?

Синхронно мы повернули головы к дому.

— Я беспокоюсь, — сказала Франтишка. — Пойдёмте скорее внутрь.

Мария нас не встретила. Ничто не отреагировало на наше появление, агентство казалось безжизненным, а мы были первыми людьми, ступившими за его порог. Франтишка поспешила наверх, но из гостиной вдруг крикнула:

— Тим пропал!

И действительно, лимонного дерева там не было. Образовавшая возле телевизора пустота резонировала с пустотой в моём сердце. С тех пор, как я обнаружила её, она лишь росла и становилась ощутимее. Однажды в моей груди вместо сердца будет одна большая дыра, думала я.

На кухне Кир разбирал пакеты. Петер же сидел за столом, уронив голову на сложенные руки.

— Может, кофе? — предложила я.

— Нет, я пас, — слабо отозвался Петер. — Мне от него плохо.

Вернулась Франтишка и принялась перебирать продукты в холодильнике. Её волнение лишь усиливалось.

— Всё попортилось. Она же не морила себя голодом всё это время? Нет же? — обращалась Франтишка к нам, но мы ничего не могли ответить. — Она мне не открыла. Заперлась в спальне и не хочет выходить. Я попробовала уговорить её, но что толку, наверняка, она меня даже не слушала. И что теперь, что мы будем делать? Если к вечеру она не выйдет, я предлагаю выломать дверь.

— Даже не думай, — раздалось из прихожей. — Ломать моё имущество я не позволю.

Мария предстала перед нами такой, какой мы привыкли её видеть: в строгой одежде, с прямой спиной и без единой эмоции на лице. Неуязвимой в своём упрямом постоянстве. Она окинула взглядом кухню, посмотрела в глаза каждому из нас и произнесла:

— Мне весьма приятно, что все вы пришли сегодня. Однако возможно, что вы не в полной мере уяснили мои слова по телефону, поэтому я повторю. Решение о закрытии агентства я приняла давно, и все необходимые документы подготовлены. Официально вы всё ещё мои сотрудники, но больше не обязаны работать на меня, если не хотите. Я не намерена держать вас здесь против вашей воли. Принимая во внимание произошедший инцидент, вы имеете полное право уволиться без объяснения причины. Конечно, я говорила, что не закрою агентство, если вы решите остаться, но этим условием я ни в коем случае не пыталась оказать на вас давление. Поэтому, прошу, рассмотрите возможные альтернативы.

— Ты нас выгоняешь? — дрогнувшим голосом спросила Франтишка.

— Я предоставляю вам выбор, — ответила Мария. — Повторю ещё раз, я не пытаюсь повлиять на ваше решение.

— А звучит так, будто ты только это и делаешь. — Франтишка раздосадованно замотала головой. — Если ты больше не хочешь видеть нас здесь, так и скажи. Хочешь закрыть агентство — закрывай! Раз наша забота тебе не нужна, то мы уйдём.

— Фани хотела сказать, — вмешался Кир, — что мы беспокоились за тебя. Вот и пришли.

Едва заметно Мария подалась назад, но выражение её лица не изменилось.

— Мне льстит ваше беспокойство. И ваша преданность поистине явилась для меня неожиданностью. Однако я не смею принять их. Как ваш начальник, я ответственна за ваше благосостояние, и тем не менее я уже дважды подвела вас. Полагаю, мой кредит доверия исчерпан. Я прошу прощения за весь нанесённый ущерб.

— Мария, — резко оборвала её Франтишка. — Прекрати наконец решать за нас. Вечно ты что-то домысливаешь, вкладываешь в наши уста то, что мы никогда не говорили. Кто сказал, что ты подвела нас? Кто сказал, что мы не доверяем тебе?

— Я всего лишь констатировала очевидные…

— Сядь, пожалуйста.

Смолкнув, Мария послушно села за стол.

— Ты ведь ещё не завтракала? — Франтишка наполнила чайник водой. — Что тебе приготовить? Проси что хочешь, я сегодня накупила кучу всего.

— Это лишнее. Приготовление завтрака не входит в твои обязанности.

— Чёрт возьми, Маричка, сейчас не до субординации! Ответь, Лвичек же был твоим другом? Тогда почему мы не можем? Чем мы хуже?

— Дело не в вас, а…

— Не надо, Мария, — негромко перебила я. — Ты ни в чём перед нами не провинилась. Я погорячилась в тот раз. Прости, что накричала на тебя.

В её глазах появился блеск, который я никогда прежде не видела. Странное чувство незащищённости облаком клубилось в груди.