Читаем Лошади в океане полностью

Лошади в океане

С точки зрения Медного Всадникаи его державных копыт,этот бедный Ванька-Невстанькавпечатленья решил копить.Как он был остер и толков!Все же данные личного опытаповерял с точки зрения топота,уточнял с позиций подков.Что там рок с родной стороноюни выделывал, ни вытворял —головою, а также спиноюпонимал он и одобрял.С точки зрения Всадника Медного,что поставлен был так высоко,было долго не видно бедного,долго было ему нелегко.Сколько было пытано, бито!Чаще всех почему-то в негогосударственное копытобило.Он кряхтел, ничего.Ничего! Утряслось, обошлось,отвиселось, образовалось.Только вспомнили совесть и жалость —для Евгения место нашлось.Медный Всадник, спешенный вскоре,потрошенный Левиафан,вдруг почувствовал: это гореискренне. Хоть горюющий пьян.Пьян и груб. Шумит. Озорует.Но не помнит бывалых обид,а горюет, горюет, горюети скорбит, скорбит, скорбит.Вечерами в пивной соседнейэтот бедныйи этот Медный,несмотря на различный объем,за столом восседают вдвоем.Несмотря на судеб различность,хвалят культи хвалят личность.Вопреки всему,несмотряни на что,говорят: «Не зря!»О порядке и дисциплинеМедный Всадник уже не скорбит.Смотрит на отпечаток в глинечеловеческоймедных копыт.

«Бывший кондрашка, ныне инсульт…»

Бывший кондрашка, ныне инсульт,бывший разрыв, ныне инфаркт,что они нашей морали несут?Только хорошее. Это — факт.Гады по году лежат на спине.Что они думают? — Плохо мне.Плохо им? Плохо взаправду. Затогады понимают за что.Вот поднимается бывший гад,ныне — эпохи своей продукт,славен, почти здоров, богат,только ветром смерти продут.Бывший безбожник, сегодня онверует в бога, в чох и в сон.Больше всего он верит в баланс.Больше всего он бы хотел,чтобы потомки ценили наспо сумме — злых и добрых дел.Прав он? Конечно, трижды прав.Поэтому бывшего подлецане лишайте, пожалуйста, прависправиться до конца.

«Отлежали свое в окопах…»

Отлежали свое в окопах,отстояли в очередях,кое-кто свое в оковахоттомился на последях.Вот и все: и пафосу — крышка,весь он выдохся и устал,стал он снова Отрепьевым Гришкой,Лжедимитрием быть перестал.Пафос пенсию получает.Пафос хвори свои врачует.И во внуках души не чает.И земли под собой не чует.Оттого, что жив, что утромкофе черное медленно пьет,а потом с размышлением мудрымдомино на бульваре забьет.