– Ведьма мертва, – сказала она. – А этот лес для меня как родной. Но если вы поторопитесь, я буду вам благодарна. Ночевать я хочу в своей постели.

Берг внимательно взглянул на нее и коротко кивнул.

– Как скажете, Инга. Всего хорошего.

Пока мотоцикл летел вниз по дороге, Берг привычно сложил в уме отчет о деле. Холодные скупые строчки о том, как неинициированная ведьма уничтожила полтора десятка человек, полагая, что защищает сестру-нявку, а на самом деле роя себе могилу. В конце отчета прилагалось сообщение для криминальной полиции о рукотворном характере взрыва на шахте и краже большой партии добытого там золота. Отмечать, что секретарь-инквизитор Инга Морис, скорее всего, знала как минимум нявку, а возможно, и обеих сестер, Берг счел излишним.

Инга еще долго стояла у входа в шахту, погрузившись в свои мысли. Слева от нее раздался шорох раздвигаемых кустов. На свет вышла нявка.

– Ну что, подруга, – сказала Инга. – Твоя сумасшедшая сестра наконец успокоилась. И чугайстеры вместе с ней. Только должна тебе сказать, Динка, что сегодня вы сильно перегнули палку. Те уроды в шахте заслужили свое, и это они еще легко отделались, но какого лешего вы напали на инквизицию?!

Ответа не последовало.

– Ладно, куратор на лапу брал, – проворчала Инга. – Но Ян-то всегда был честным парнем. Я даже подумала, что ты и меня хотела угробить. Лучшая подруга называется.

Вместо ответа нявка протянула ей аккуратно сложенный лист бумаги. Инга нетерпеливо развернула его. На тетрадном листке была нанесена карта. Инга сразу узнала место. На карте была обозначена старая шахта, которую лет десять назад похоронил большой оползень. Аккуратная стрелка показывала, где теперь можно было проникнуть внутрь. Крестик в одном из ответвлений шахты был подписан: «Золото здесь».

– Отлично, – сказала Инга. – Я так и знала, что они его не вывезут, пока история не забудется. Спасибо. – Она криво усмехнулась, и добавила: – Я так понимаю, лезть туда смертельно опасно?

Нявка уверенно кивнула. На какое-то мгновение Инге показалось, что мертвая подруга готова вырвать у нее карту обратно.

– За меня не бойся, – сказала секретарь, пряча бумагу во внутренний карман. – Я же выросла на этих шахтах. Забыла уже, как мы с тобой по заброшкам лазали? Для меня это будет легкая прогулка.

– Тогда до скорой встречи, подруга.

Голос нявки прозвучал так тихо и безжизненно, что его запросто можно было принять за причудливое дуновение ветра. Инга вскинула голову. Нявка исчезла. Остался только ветер.

Мария Акимова

Традиция

«Ритуал» – раннее произведение Марины и Сергея. Но, может быть, именно по этой причине для многих оно открывает знакомство с творчеством Дяченко.

Дракон Арм-Анн и принцесса Юта. В романе их судьба сложилась непросто, совсем не по канонам традиционной фэнтези. Тем не менее последние строки дают надежду: они будут вместе навсегда.

Но что это такое – быть вместе? Даже не для них, а для тех маленьких, как в сказках Андерсена, приморских королевств, где происходит действие романа? И что такое – навсегда: во всяком случае, для дракона, чей век намного превосходит человеческий? Как все это будет выглядеть через много лет… или даже через совсем немного веков?

О драконе писали не только Дяченко, но и Евгений Шварц (входящий в город молодой человек по имени Ланцелот – герой его пьесы). И если экранизация «Ритуала» носит название «Он – дракон», то экранизация пьесы Шварца называется «Убить дракона»…

А через много лет после «Ритуала» М. и С. Дяченко напишут роман «Пандем». В котором (мы сейчас намеренно и до крайности упрощаем, но все же!) всесильный и вседобрый правитель на каком-то этапе понимает, что ему надо уйти. То есть это надо тем людям, которыми он так бережно и успешно управляет. Надо для их же блага. Даже если сами они другого мнения.