Читаем Лигр полностью

Вы думаете, что мои собаки знают, что я – Ален Делон? Им все равно! Мои собаки меня любят, они не знают, кто я, что я делаю. Эта безоговорочная любовь, любовь без размышлений, полная и настоящая любовь!»

Ален Делон состоит в Обществе защиты животных. В его имении живет 8 собак. Там же расположено кладбище всех его бывших собак: всего их было 45. Посреди этого собачьего некрополя он построил часовню. И после многочисленных обращений получил официальное разрешение похоронить себя там, когда придет этот день. Он утверждает, что это высшая роскошь…»

Марина и Сергей: Ну что тут скажешь? Это так просто – пригреть бездомное существо, отнести корм в приют… Маленький, но реальный шаг к счастью.

2

«– Пусть ты одолеешь ведьму – но навы тебе не одолеть никогда, потому что нава – это отчасти ты сам… Ты не боишься жить – и все же не хочешь, чтобы я убил твою наву?..

Человек молчал.

– Хорошо же, – сказал чугайстер, и от голоса его тяжелые ели испуганно вздрогнули. – Пусть твоя нявка заведет тебя в туман над обрывом.

Чугайстер ушел.

Еловые ветви на его пути не качались».

Сергей: Продолжим разговор о поисках счастья. У каждого здесь свой путь, свои символы, свои маркеры на этом пути. Для меня вот один из самых счастливых моментов жизни связан с позеленевшим, протухшим цыпленком на моем холодильнике… Но давайте по порядку.

90-е годы, эпоха разрухи. Я увидел Маринку в пьесе «Заложники вечности», где она играла роль Мартины – юную и романтичную девушку. И влюбился. Маринка только закончила киевский Театральный институт, актерское отделение, и вот играла в Театре-студии «Дзвин». За ней ухаживали многие, ведь ее красота и ум завораживали. Я же был на 24 года старше ее, тяжело переживал развод, разлуку с детьми. Ну какие шансы у меня были покорить сердце Маринки? Что я только не испробовал! Написал пьесу и пришел в ее театр – так мы познакомились. Я уже тогда был известным писателем и кинодраматургом. Пьесу поставили, но Маринка отказалась в ней играть – роль, для нее предназначенная, показалась ей слишком натуралистичной. Тем не менее у нас возникли дружеские отношения. Я ей написал десятки писем, каждый день бросал их в ее письменный ящик. В тех письмах я признавался ей в любви, мечтал о совместной жизни и работе – но Маринка их как бы не читала, не замечала…

И вот я стал писать сценарий художественного фильма об Олексе Довбуше – это такой Робин Гуд карпатских гор, грабивший богачей и раздававший награбленное беднякам. Во всяком случае, так гласят легенды. Это был сценарий о свободе, о любви – я с упоением создал в нем образ чаровницы Дзвинки, волшебницы, из-за которой отважный атаман потерял голову… Были в том сценарии и горы, и полонины, и водопады, и пьянящая свобода. Был и образ чугайстера, в которого мог превратиться ватаг, и нявки, и ватра – священный чистый огонь, с помощью которого избавляются от ведьм. Маринка помогала мне, мы вместе ходили в библиотеку, исследовали архивы – и она видела, как из ничего создается целый мир. Я все больше погружался в сценарий, забывая о сне и отдыхе. Он мне снился наяву, я просто горел им. И вот однажды Маринка пришла ко мне и в порядке шефской помощи принесла тушку плохо ощипанного, несчастного цыпленка, которого я почему-то назвал Лейтенантом. Дабы из этого Лейтенанта я сварил суп. Положила на холодильник и ушла. Я продолжал работать, подбираясь к финалу истории… Через несколько дней Маринка пришла и на том же месте увидела Лейтенанта – позеленевшего, а меня – отощавшего. Господи, каким негодованием вспыхнули ее глаза! Будто я отверг ее драгоценный подарок. Двумя пальцами она выбросила Лейтенанта в мусорное ведро и стала что-то готовить у плиты. А я обалдело смотрел на ее возмущение и вдруг понял – она же меня любит! Ничего тогда между нами не было сказано, но радости не было предела.