Читаем Лигр полностью

До заветной двери она добралась с третьей попытки. Кое-как, дрожащими пальцами, высекла искру и зажгла лампу. Ей захотелось прижать ладони к теплому стеклу и тотчас уснуть, но следовало позаботиться о себе и о сыне. Хорошо, что ботинки не промокали, и куртка не подвела. Сын отчаянно замерз – губы совсем посинели, пальцы дрожали и коленки ощутимо тряслись. Ничего, сейчас согреешься – кутайся в одеяла, а я разведу огонь. Гисла разожгла печь старой газетой и пустила на дрова колченогий табурет из кладовки. Она надеялась, что до книг очередь не дойдет. В травах нашелся еще пригодный в пищу пучок горного златолиста. Чистой воды, к счастью, не занимать, Гисла выставила горшок под дождь, и вскоре душистый отвар уже стоял на плите. По скупой привычке голодных лет захотелось проверить запасы – мука и крупы выглядели паршиво, но на несколько дней их хватит. К тому же есть рыба, крабы, птичьи яйца, в прибрежных камнях наверняка прячутся моллюски. С голоду мы не умрем. И галеты, как я забыла!

Сглотнув слюну, Гисла взяла себе два хрустких квадратика соленого теста, еще четыре отложила на утро, остальное отдала сыну. И с удовольствием смотрела, как он ест, прихлебывает отвар из кружки, как румянец пробивается на щеках и розовеют губы. Пламя лампы отбрасывало на стены причудливые длинные тени, буря стихала, дождь мерно стучал по стеклам. Хорошо…

– Ма, ответь, только честно – мы выберемся отсюда?

– Конечно, милый. Я же сказала, рыбачка приплывет поутру и заберет нас на Северную сторону. Оттуда наймем летучку и поедем сразу домой. Я приготовлю твой любимый омлет с грибами и разрешу есть сладости – сколько хочется! Уговор?

– А если она не приедет? Если утонет в море – вон какая там буря!

– Зажжем маяк. Он давно не горел, люди увидят свет и поймут, что что-то случилось. И приедут за нами. Честное-пречестное слово!

Недоверчивое лицо Ильмарина расслабилось, Гисла потрепала его по влажным волосам, мимоходом привычно проверив жар – обошлось. И села рядом, так чтобы видеть глаза.

– А давай ты тоже ответишь мне честно, сын? Да? Спасибо! Скажи, откуда ты взял чушь про Медного короля и с чего решил, будто я пожертвую тобой?

Ильмарин потупился:

– Бабушка мне сказала, еще давно.

– Что именно сказала бабушка Кэри-анна? – очень спокойно поинтересовалась Гисла.

– Что ты отдала Медному королю моего папу!

– Вот так прямо и отдала?

– Да, – всхлипнул Ильмарин, – отдала, чтобы завладеть его деньгами. А когда тебе что-то очень сильно понадобится, отдашь и меня, потому что идешь по трупам.

Разминая лицо ладонями – якобы это снимало головную боль, – Гисла сумела скрыть чувства. Она всегда знала, что неудавшаяся свекровь ее недолюбливает, но такое?! Старая ведьма.

– Послушай меня внимательно, Иль, сын мой! Ты знаешь, что я никогда тебе не врала?

– Да, ма.

– Так вот. Давным-давно, сразу после войны мы с Рейбертом… с твоим отцом познакомились на продуктовом рыночке, очень смешно познакомились, я когда-нибудь расскажу. Вскоре мы поженились.

– По-настоящему?

– Конечно, милый, ты законный сын своего отца. Не слушай глупых мальчишек! Мы жили очень счастливо, хотя и совсем небогато. И любили друг друга по-настоящему. Но у меня не получалось родить ребенка – ни через год после свадьбы, ни через десять. Рейберт говорил, что все равно будет любить меня, но мужчинам нужны сыновья.

– И что ты сделала, ма?

– Много лет я носила на пальце кольцо с аквамарином – подарок моря. И дорожила им. А однажды вечером закрылась в комнате и сказала: «Медный король, возьми, что мне дорого, дай, что мне нужно».

– Значит, Медный король… Погоди, что случилось дальше?

– Ничего не произошло. От злости я вышвырнула кольцо на улицу и потом не нашла. И сказала – забери что угодно, дай сына! А через неделю Рейберт оставил меня – вспылил из-за пустяка, хлопнул дверью, уехал к матери за Пролив. Через две недели я почувствовала, что понесла. Через месяц он вернулся, с цветами и подарками, хотел извиниться и начать все заново.

– И опять передумал?

– Не осуждай отца, Иль, он хороший человек, просто вспыльчивый. Узнав о беременности, он решил, что я ему изменила, ребенок не его, и я пропащая женщина. Собрал вещи, оставил на тумбочке пачку денег и уехал. Больше я его не видела.

– Медный король забрал папу?

– Нет конечно, не говори глупости. Он переехал в Империю, много трудился, стал большим человеком. Думаю, у тебя есть несколько младших сестренок и братиков. Твоя бабушка, Кэри-анна иногда сообщает о нем и его семье – все еще надеется сделать больно. Можешь сам написать ей, когда захочешь, и расспросить об отце. Тебе стало понятнее?

– Да. Теперь да.

– Какой же ты еще маленький! – улыбнулась Гисла и осторожно приобняла сына за острые плечи.

Ильмарин прижался к матери, зарылся лицом в мягкую кофту.

– Мама, позволь я расскажу тебе еще кое-что. Только обещай не сердиться! Пожалуйста!

– Конечно, мое солнышко, говори.

– Я не отдавал Фуксу! Я поменял ее. На лабиринт.

– Да, милый, я знаю – Медный король забирает жертву и дает тебе то, что ты просишь… или то, что сочтет нужным.

Разозленный, Ильмарин стукнул кулаками по одеялу.