Читаем Личные мотивы полностью

— Ты, Сашенька, последний в этой цепочке. Я до последнего не хотел пользоваться тобой как источником дохода, потому что понимаю, каково сыну услышать такую правду о своей матери. Сначала я продал информацию брату погибшего Миши Савиных — Максиму Крамареву, и то только потому, что совершенно случайно узнал о его конкуренции с сыном того самого Разуваева. В тот момент денег хватило на первоочередные покупки, но потом выяснилось, что нужно еще покупать и покупать, а следовательно, тратить и тратить. Я хочу жить красиво и не вижу в этом ничего постыдного. Вот тут я и решил написать тебе. У тебя еще есть ко мне вопросы?

Кротов поднялся и направился к дверям.

— Нет. Наверняка они вскоре появятся, но сейчас я раздавлен и растерян и ничего не могу сообразить. Надеюсь, вы меня понимаете.

— Конечно, — Кузьмин сочувственно улыбнулся.

Он уже протянул руку к замку, чтобы открыть дверь перед Кротовым, но остановился.

— Ну, признайся, Сашенька, есть на тебе микрофон? — спросил он с лукавой улыбкой. — Нас слушают и записывают? Я никогда не поверю, что ты нашел меня самостоятельно, для этого тебе нужно было обратиться за помощью или к милиции, или к моим бывшим коллегам, или к бандитам. Так к кому ты обратился, а, Сашенька?

Кротов сам открыл дверь и сделал шаг к порогу.

— Вы уже спрашивали об этом.

— Но ты мне не ответил, — настойчиво проговорил Геннадий Антонович ему в спину.

— До свидания, — бросил Кротов, не оборачиваясь, и побежал вниз по лестнице.

Выйдя на улицу, он сел в свою машину, стараясь не крутить головой и не искать глазами микроавтобус, где должны сидеть Хан и его друзья. Они договорились заранее, что Кротов отъедет от дома Кузьмина и будет ждать Хана возле станции метро, до которой было минут пять-семь езды.

Возле метро Кротову пришлось подождать, минут через десять подошел Алекперов и сел к нему в машину.

— Кротов, ты понимаешь, что твои денежки — тю-тю? — спросил он первым делом. — Здесь ничего сделать невозможно, ты их отдал добровольно, и они уже лежат на счету Кузьмина.

— Да бог с ними, — махнул рукой Кротов. — Мне не жалко. Я еще заработаю, бандюки крупного калибра долго не переведутся, на мой век хватит.

4 июня, в пятницу, начальнику Южноморского УВД поступила информация из Москвы о том, что в ходе выполнения частного заказа детективным агентством «Власта» стали известны обстоятельства убийства доктора Евтеева, которые могут быть полезны в раскрытии преступления. Данный сиделкой словесный портрет человека, который точно знал, что Евтеев остался один в квартире, полностью совпадает с описанием внешности Славомира Гашина, имевшего личные мотивы для убийства старого доктора. По информации из «Власты», Гашин в настоящее время находится в Москве, адрес его неизвестен, но есть основания полагать, что его регулярно навещает Крамарев Максим Витальевич (установочные данные прилагаются).

Вечером того же дня начальник Южноморского УВД связался с Москвой, и по его инициативе Славомира Гашина объявили в розыск. Установили наблюдение за Максимом Крамаревым и очень быстро выяснили, что тот действительно навещает Гашина на съемной квартире на улице Миклухо-Маклая.

В Москву из Южноморска вылетел следователь Неделько, который вел дело об убийстве Дмитрия Васильевича Евтеева. Первым делом Неделько потребовал устроить ему встречу со Стасовым и Каменской, чтобы получить всю информацию из первых рук. Информацию он получил, но взамен вынужден был пообещать разрешить частным детективам поприсутствовать на допросе Гашина, когда его найдут и задержат, и даже задать свои вопросы.

Славомира Ильича Гашина задержали во вторник, 8 июня, через полтора часа после того, как от него ушел Максим Крамарев. За эти полтора часа в квартиру, где жил Гашин, заходила соседка снизу с вопросом, нет ли у него протечки, после чего стало ясно, что в квартире находится именно он. О том, что «соседка» была сотрудником милиции, Славомир Ильич так и не узнал.

Неделько слово сдержал и пригласил Стасова и Настю, которые тихо сидели в углу кабинета и внимательно слушали ответы задержанного на вопросы следователя. Наконец Неделько сделал знак, дескать, можете спрашивать, если вам еще не все понятно.

— А зачем вам охрана? — спросила Настя.

Гашин усмехнулся и с интересом посмотрел на нее.

— Видите ли, поездка в Южноморск и убийство доктора — это моя личная самодеятельность, Крамарев об этом ничего не знал. Если бы он узнал — ни за что не пустил бы меня. Когда я вернулся и рассказал Максиму о том, что убил Евтеева, он ужасно рассердился, кричал и приставил ко мне охрану, чтобы я не сбежал и еще чего-нибудь не натворил, что шло бы вразрез с его планами. Ему не нужна была смерть доктора. Ему нужен был только Разуваев. Когда пришлось приставить ко мне охрану, то жене и всем остальным Максим сказал, будто у него появилась информация о том, что конкуренты собираются ему напакостить и выкрасть то ли меня самого, то ли мои разработки. Я ведь уже говорил, что Максим выдавал меня за ученого-химика.