Читаем Левенхет полностью

— Ничего удивительного, — развёл руками Фимало, — я, как и ты, не слышу его, Марк. Не всем суждено услышать речь драконов, а почему — неясно. Кто-то слышит, кто-то — нет, так уж оно устроено. Шила, в двух словах, что он там говорит?

— Он назвал своё имя, но я такое повторить не смогу, по сути, даже у пилимов имена более запоминающиеся. Эти воды — его владения, и он приносит свои извинения за то, что проглядел здесь пиратские суда, из-за которых погибло множество членов команды. Ещё он сказал, что было глупо скрываться от пиратов в зоне вечного шторма. По сути, большая часть его слов — это слишком заумные изречения, но могу рассказать, если интересно!

— Нет, спасибо, мы переживём такое упущение, — отмахнулся чародей.

Сразу после этих разъяснений, антиец заметил, что жёлтые глаза дракона смотрели прямо на Марка, а доброе выражение его лица, сменилось тревожностью. Он продолжал смотреть на мальчишку, и под его взглядом, тот думал, что прямо сейчас провалится сквозь палубу, но никакого зла, по-прежнему, не ощущал. Ящера что-то беспокоило. Виктор и Шила, развернулись и удивлённо уставились на мальчишку, нетерпеливого в области вопросов.

— Чего вы все на меня смотрите? — спросил он, — Я чем-то ему не нравлюсь?

— Уидо… Уидохгр… тьфу, — запнулся Виктор, — в общем, дракон сказал, что разглядел в тебе какую-то странную силу от которой ему становиться не по себе. Проще говоря, что-то в тебе его пугает. Очень пугает.

Вывод очевиден, дракон чувствовал в нём ту самую силу, из-за которой его не трогали плакальщики, по крайней мере, других объяснений он не видел. Неужели эта самая сила настолько пугающая, что насторожила даже такое величественное и могущественное существо, способное подчинять себе морскую стихию? Всё больше и больше скептически настроенный антиец убеждался в том, что где-то в этом мире существуют неизведанные силы, крутящие всеми как захотят. Но дело в том, если хочешь в этом разобраться, то нужно всего лишь признать их существование, или по крайней мере побывать по обе стороны, чтобы уже можно было сделать однозначный вывод. Марк видел обе эти стороны, но логическое объяснение всему не нашёл нигде, поэтому надеялся, что хотя бы в Княжестве получит ответы на свои вопросы.

Дракон, между тем, ещё немного поизучал юного мага, после чего развернул длинную шею в левую сторону от корабля, и издал оглушительный рёв, удаляющийся куда-то вдаль. Это было похоже на то, что голос дракона, в буквальном смысле, вылетел у него из пасти и отправился разносить грохот по всей округе. Чёрные тучи, от корабля до края штормовой зоны, расступились, пропуская солнечные лучи, осветившие тьму и вернувшие морской воде её прежний нежно-лазурный слегка светящийся цвет. В образовавшемся коридоре, ведущем к выходу, не было ни волн, ни ливня, все стихийные бедствия продолжали бушевать лишь по краям. Дракон закрыл глаза и сделал небольшой поклон головой, после чего взмахнул крыльями и взлетел, отправляясь к выходу из этого места.

— Поднять паруса! — скомандовал капитан, — Одного чародея на верхнюю палубу! Ветра нет, нам нужно заклинание! Фок-мачту поднять, починим, как только выберемся! Всё закончилось, парни, уплываем отсюда!

* * *

Солнечные лучи приятно ударили в глаза, фрегат покинул зону вечного шторма, и израненный корабль медленно плыл по спокойному морю. Отплыв как можно дальше, они сбросили якорь у небольшого скалистого островка, и обессиленные моряки уселись на палубу, отдыхая, избежавшие неминуемой гибели, и никто не обращал внимание на разбросанные по кораблю трупы пиратов и погибших товарищей. Сейчас было не до них. Из-за нападения пиратов, погибло более половины команды, на данный момент оставалось всего одиннадцать натфикских моряков, пятеро наёмников княжеских купцов, спрятавшихся на нижней палубе, и двое чародеев, заделывающих пробоину в трюме. При отплытии из зоны штормов, Фимало, при помощи магии, поднял отломанную мачту и уложил её поперёк корабля, для того, чтобы приделать обратно, когда все займутся починкой судна. Марк надеялся, что материалов для ремонта здесь точно хватит.

Не прошло и нескольких минут, как уставшие натфики поднялись на ноги и принялись собирать тела своих убитых собратьев и сносить их в один ряд на центр палубы, а трупы пиратов, наоборот, сразу же выбрасывались за борт. Натфики делали это с большой горечью на лицах, ведь каждый погибший матрос был чьим-то другом, или даже родственником, которому в отличии от выживших не повезло вернуться из проклятого шторма.

— С ними простятся по всем обычаям народа натфиков, — сказал Фимало, — завернут в ткань и со всеми почестями опустят в море, в их последнее плавание.

— Ну ведь они просто станут кормом для хищных рыб! — встревожился Марк, — Разве это правильно?