Читаем Лес полностью

Уинки упал на мох, зажав уши руками. С деревьев посыпались разноцветные листья. Один ствол метрах в десяти от них покачнулся и замер, в положении, опровергающем все законы физики. Такого крика, с тех пор как рассеянный третьим словом повелителя актер провозгласил начало великой битвы цефиаков, никто не слышал. Тогда это кричала целая армия страшных водителей и непреклонных бойцов, закованных с ног до головы в горделиво блестевшие самовары и вооруженные мечами-самопилами в комплекте с испорченными точилками для карандашей. А здесь Уинки, все еще лежа, опасливо отнял руку от уха и прислушался. Вроде все было тихо. Птицы и лягушки снова начали квакать и петь, гуляющие возобновили свою прогулку, и упавшее дерево вернулось на свое место. Только из большой кротообразной банки из стекла высунулась усатая голова и спросила:

- Что за дела?

- Этот человек не знает мистера Крюка и Психоделическую Водонапорную Башню, - объяснил пришедший в себя Снупи с блаженной улыбкой на лице. Теперь я веду его в клуб.

- Крутота, - весело откликнулась голова и снова скрылась в банке.

Снупи схватил Уинки за руку, поднял его на ноги, бормоча: "Пойдем, пойдем" и поволок его вперед.

4

Первое, что бросилось ему в глаза - огромный яркий плакат на противоположной стороне, гласящий в три цвета:

КУЗНЕЧИКИ ОШИЗЕЛИ.

Сия странная надпись сопровождалась изображением женской ноги, из которой выезжал мотоцикл. Чуть ниже, под гнилым бревном, на котором люминесцентной краской было выведено ПОП ВСЕГО ПОПА красовалась грифельная доска с этим попом.

КАМ ОН МИСТЕР Х

СЮПРИМ ПОНХОДЕЛИК ЛАЖА

ПРИКИД ПРИКИД

НИШТЯКИ

ЧАВО ТЫ СМОТРЕШЬ

ВЕЛИКАЯ ЧУГУННАЯ НАКОВАЛЬНЯ

БЭБИ, Я ОБТОРЧАЛСЯ В ЧЕРНЯК

СУПЕРФАК

АНАКОНДА

ПОВИДЛО

ТНЕ КРЕСТЬЯНЕ

Придя в себя от накатившейся на него волны гама и дыма, Уинки попытался врубиться в обстановку. Крутая торчальня, она же фан-клуб мистера Крюка и Психоделическая Водонапорная Башня представлялась огромной и прокуренной до основания. Там и сям висели плакаты, призывающие заниматься разнообразными странными делами, сообщавшие о малопредставительных вещах. Под ними сидели, курили, умели и молчали волосатые люди неоконформистского толка, каковой выражался преимущественно надеванием на себя вещей для этого не приспособленных и в отказе от буржуазной привычки хотя бы изредка мыться, а также в убеждении, что табачный дым лучше воздуха, а алкогольные напитки лучше воды.

Пока Уинки так озирался кругом, Снупи, пробормотав что-то, исчез в клубах табачного дыма. Неожиданно из беспорядочного скопления тел вылетел человек, одетый весьма живописно в рыболовную сеть. После чего скопление разразилось ревом то ли восхищения, то ли возмущения. Рыболов подскочил к Уинки и, протянув руку, спросил:

- Что это за дерево, за молодой леопард, с которого я ласково возвращаюсь.

- Советую спросить у Бертона, - скромно сказал Уинки, вспомнив детство.

- О, Бертон, - простонал человек, все еще протягивая руку и продолжая стонать, выскочил на улицу, придерживая волочившийся за ним шлейф.

Сразу же после этого к Уинки подошел очень мрачный, очень худой юноша с ведром на голове и предложил продать ему набор игл, годящихся для стереомашины и в любом количестве голов. Уинки вежливо отказался, сославшись на отсутствие у него рук. После чего юноша, еще более утвержденный этим отказом своей мизантропии, вернулся на свое место под криво висящим плакатом:

САМОУБИЙСТВО - ЭТО МНОЖЕСТВО ОГЛУШАЮЩИХ ЗВОНКОВ.

Тем временем к Уинки приблизился устойчиво бухой человек лет 40, по бороде которого можно было примерно сказать, что он ел за последнюю неделю.

- Вы, молодые, все хиппара да моднари, - прохрипел он одобрительно, глядя в несколько сторон сразу, это хорошо, а я вот старик, старый битник. Таких как я больше нет, пррально, ты меня уважаешь, чувак, - доверительно спросил он, совладав, наконец, со своими глазами, и заставив их уставиться на Уинки. - Пррально.