Читаем Легенды о Христе полностью

В это время они как раз достигли вершины горного хребта, и Фаустина невольно придержала коня. Внизу расстилалась глубокая котловина, окруженная величественными вершинами гор, и из темной глубины этого горного углубления подымался высокий мощный скалистый холм, на вершине которого стоял Иерусалим.

Но тесный горный городок, как короной, венчавший своими зубчатыми стенами и башнями вершину холма, в это утро казался в тысячу раз обширнее: все соседние склоны и высоты были сплошь усеяны разноцветными пестрыми шатрами и кишели людьми.

Фаустина поняла, что, вероятно, все обитатели страны пришли в Иерусалим на какой-нибудь великий праздник или торжество. Более дальние жители уже пришли и раскинули свои палатки в окрестностях Иерусалима; те, кто жил ближе, еще только шли. Толпы народа стекались к городу со всех сторон, подобно непрерывным потокам. Люди были в белых одеждах, отовсюду слышались радостные клики, ликующее пение и звуки музыки.

Фаустина долго любовалась этим прекрасным зрелищем города и пестрых шатров, и сказала своему спутнику:

– Мне кажется, Сульпиций, что весь народ иудейский сейчас под стенами Иерусалима.

– Это действительно так, – ответил римлянин, которого Тиверий нарочно дал в провожатые Фаустине, потому что Сульпиций несколько лет провел в Иудее и знал страну, – сейчас у иудеев большой весенний праздник, и люди со всех концов страны стекаются на этот праздник в Иерусалим.

Фаустина задумалась немного, потом продолжала:

– Я рада, что мы именно в праздник попадаем в Иерусалим. Я вижу в этом особую милость и благосклонность к нам богов, которые, очевидно, сочувствуют нашему путешествию. Подумай, ведь если весь народ идет на этот праздник в Иерусалим, Тот, Кого мы ищем, Пророк из Назарета, должен тоже непременно сейчас там быть, чтобы принять участие в празднике, и мы без труда найдем Его.

– Я вполне разделяю твое мнение, Фаустина, – согласился римлянин. – Пророк, несомненно, сейчас должен быть в Иерусалиме. Это поистине большая милость богов, потому что, как ты ни сильна и бодра, все же ты должна быть довольна, что тебе не придется совершить, разыскивая Пророка, тяжелый, утомительный путь по горам в глубь Галилеи.

Римлянин нагнал двух путников и, подвигаясь вместе с ними, спросил их, будет ли на празднике в Иерусалиме Пророк из Назарета.

– Мы видели Его каждый год в это время в Иерусалиме, – ответили те. – Наверное, Он и нынче пришел туда, потому что Он благочестивый и праведный человек.

Одна женщина протянула руку и, указывая на одну из возвышенностей к востоку от города, сказала Сульпицию:

– Видишь ли ты этот горный склон, весь поросший оливковыми деревьями? На этом склоне обычно строят свои палатки галилеяне, там ты узнаешь все, что тебя интересует о Пророке из Назарета.

Путники спустились в это время в долину и, проехав небольшое расстояние, стали подниматься по горе Сион, чтобы достигнуть древнего города на вершине ее.

Дорога круто шла вверх и была огорожена невысокими каменными стенами, на которых теперь лежало множество нищих, больных и убогих, которые просили милостыню у мимо проходящих путников. В то время, как Фаустина со своими спутниками подымалась на гору, к ней подошла женщина, указывавшая Сульпицию шатры галилеян, и сказала:

– Посмотри в эту сторону, видишь ты нищего на стене? Это – галилеянин, и я припоминаю, что видела его среди учеников Пророка из Назарета. Он, наверное, знает, где Учитель, и может дать тебе те сведения, которые тебе нужны.

В сопровождении Сульпиция Фаустина подъехала к тому нищему, на которого указала ей женщина. Это был старик с всклокоченной длинной седой бородой. Лицо его было бронзовым от жары и знойного солнца, руки его загрубели в работе. Он сидел, погруженный в свои мысли, и, казалось, не видел ничего, что происходило вокруг него. Он ни разу не протянул руки за подаянием.

Старик не сразу расслышал слова Сульпиция, и тому пришлось дважды повторить их, чтобы привлечь внимание нищего.

– Друг мой, – говорил Сульпиций, – мне сказали, что ты галилеянин. Скажи, где я могу найти Пророка из Назарета?

Старик вдруг весь скорчился и боязливо стал оглядываться по сторонам. Когда он понял наконец, что от него хотят, он пришел в сильный гнев и ответил с досадой:

– Что тебе от меня надо? Почему ты меня спрашиваешь о Нем? Я ничего о Нем не слышал и не знаю. Я не из Галилеи.

Но иудейская женщина вмешалась тут в разговор.

– Я же видела тебя с Ним, – сказала она. – Чего ты боишься? Скажи лучше этой знатной госпоже, которую прислал сюда сам император, где найти Пророка?

Но при этих словах ученик стал еще тревожнее и суровее.

– Сегодня, кажется, все люди помешались! – со злобой ответил он. – Какой-то злой дух обуял. Я совершенно не понимаю, почему один за другим каждый спрашивает меня об этом человеке. Почему никто не хочет мне верить, что я ничего не знаю о Нем, не знаю Пророка из Назарета? Я совсем не из Его страны, я даже никогда Его не видал.

Его слова привлекли внимание окружающих; двое нищих, сидевших тут же на стене, стали с ним спорить, говоря: