Читаем Квон-Кхим-Го полностью

Длинная дорога непринуждённо сразу повернула в палаты большого каменного дворца.

Синее небо рисовало воле, мягкий всплеск.

Небо и волны вод памятью проникали в глаза.

И как в эти самые минуты Квон-Кхим-Го любил свободу.

Вольная воля, так её много и часто называл Хве-Танг-Хе.

Задетое самолюбие вырывалось уйти.

Эту ночь таинственные чужаки провели, как подобает господам.

Самое простое слово – оставайтесь здесь.

Краем невежества оставалось, повиновение.

И зачем ты им это сказал?

Но деда, я б убежал.

Ты тихо ушёл.

А теперь?

В эти самые минуты Квон-Кхим-Го боялся за деда.

Он же не знал, что значит для принца Тое-Сан-Тье боевое искусство Хо-с-рёк?

Были времена, воин Хве-Танг-Хе воевал против набегов японских пиратов.

Те проникали в страну с особой жестокостью.

Тронуло сердце былые времена, вздрогнули все воспоминания жизни.

Да, слава покрывала с потом лицо.

Сам король дарил ему обоюдно острый прямой меч.

Пришло время возвратиться домой.

Оказалось, старый дом сгорел, родные здесь давно не живут.

Се-ёже город не большой, в округе живописной природы, среди возвышенностей скал и ветвистого леса.

Да, хотелось возвратиться?

Грустно вспоминать, как сильно тогда взволновалось чувство.

Нет, не было неуверенности.

Хватит придумывать новые обстоятельства.

Возвращаться было нельзя.

Нашлось место в долине гор Хау-то, близко у озера.

Чистое озеро, рыбное и очень холодное – Ид-най.

В уединении.

На самом краю земли.

Неужели воин Хве-Танг-Хе нашёл повод и время похитить ценную единственную хорошо охраняемую книгу Хо-с-рёк.

Так мог подумать принц Тое-Сан-Тье?

Что же на самом деле произошло, учитель Хве-Танг-Хе никогда никому не говорил.

Он умалчивал о реликвии и ценности выше любых драгоценных вещей.

Нет, старый человек полностью доверял молодому человеку.

Он передавал тайные знания  правильным путём из уст в уста.

Говорил, как следует, поочерёдно, со смыслом.

Его надо было понять, каждый день учитель просто и требовательно подсказывал и показывал технику его непревзойдённой борьбы.

Момент отслеживался по глазам.

Мысли задевали «самое» нужное, обоюдно необходимое.

А передать надо то, что даёт и будет просвещать.

Как же сделать так, чтоб Квон-Кхим-Го сам выбирал свою судьбу?

А принц, наверное, не лукавил?

Видно, понял и задуманное хранит?

Мнение, оно убывает, остаётся попытаться уйти?

Оказывается, ненужным человек стаёт, когда его настигают года.

Ставши простолюдином, он, Хве-Танг-Хе, не раб.

Так сказал король Шань-Су-Бео.

Сказанное им – закон.

Как посмотрит на это принц Тое-Сан-Тье?

На все права нет причин, но сказано «свысока» – уважаемый гость!

Оказывается, один миг и час переписывает всю судьбу вновь.

Придёт время, сразу поймёшь все ошибки.

Станет грустно – уединишься от всех.

Одно мгновение остановит безумие.

Сразу вздохнув свежего воздуха, ты прочитаешь пережитую мудрость.

Есть шанс, но его надо взять со смыслом.

А значит, надо думать.

Ты спи, Хой-Ге.

А мне надо думать?

Такой выразительный взгляд у деда Хве-Танг-Хе был только тогда, когда он тренировал.

Скажу так, он был очень доброго характера.

За десять лет жизни никогда не сердился, больше проявлял великодушие, сдержанность, надлежащий времени ум.

Жизнь научила видеть и понимать увесистую середину.

Есть возвышающий миг вседозволенности, свой найденный и оставленный верный ответ.

Надо только ухватиться за правдолюбие.

Увидеть в человеке честь.

Неважно кто он и как одет.

Пусть ясное выражение и смысл слов правильно скажут о себе.

Твёрдо решив уйти, Хве-Танг-Хе хорошо понимал – судьба ценной книги в надёжных руках!

Но её может искать принц Тое-Сан-Тье?

Наверное, он понимает непредвиденность, столь высокий, но краткий уровень и сложность всего мастерства?