Читаем Культурист полностью

Крот появился с опозданием всего на минуту. Один, без телохранителя. Это был невысокий, слегка припадающий на правую ногу, опирающийся на трость упитанный мужчина лет пятидесяти с нездоровым цветом лица и пробивающейся на висках сединой. Бросив в сторону бандитов равнодушный, почти отсутствующий взгляд и безошибочно скользнув им по находящемуся в арьергарде Невскому, барыга приблизился к скамейке, присел рядом с Индейцем, и, видимо, потребовал чтобы «пехотинцы» оставили их вдвоем, потому что Слон с Губой вскоре переместились на соседнюю скамейку. Беседа продолжалась около трех минут. Потом Антоха и Крот, как старые приятели, одновременно встали и не спеша направились по дорожке к Казанскому собору. Индеец успел глазами дать Владу знак: иди следом. Так они и двинулись: впереди барыга и Антон, на два шага сзади, словно конвоиры, Слон и Губа, и замыкающим – Невский. Миновали гранитные колонны «Казанчика», вышли на набережную канала Грибоедова, и Влад наконец-то увидел конечную цель короткой прогулки – припаркованную у тротуара черную «Волгу» с тонированными стеклами. Двигатель машины работал, о чем издали предупреждал клубящийся у выхлопной трубы дымок. За рулем наверняка ждал хозяина тот самый громила-телохранитель, о котором упоминал Индеец. Антон и Крот поравнялись с «Волгой», антиквар сделал приглашающий жест рукой, и Индеец нырнул на заднее сиденье.

Хромой барыга, опираясь на трость, кое-как забрался следом, захлопнув дверь.

Братки, не ожидавшие такой идиллии между «волком» и «травоядным», в нерешительности топтались на тротуаре, жадно куря и озираясь по сторонам. Влад же, решив, что его оказавшаяся совершенно бесполезной тратой времени «устрашающая» миссия мускулистого манекена закончена, застегнул демонстрирующую мышцы куртку – на улице было прохладно – и принялся прогуливаться взад-вперед вдоль проезжей части, периодически поглядывая на «Волгу», где перетирали тему Индеец и антиквар. Время шло, а Антоха все не выходил. Зато вышел покурить водила Крота, оказавшийся на вид действительно весьма внушительным человеком...

Из-за поворота, со стороны Невского проспекта, медленно вывернул микроавтобус и плавно притормозил метрах в десяти позади «Волги», как раз напротив Влада. Он окинул его равнодушным взглядом и собрался уже повернуть обратно, как тут дверь «Рафика» резко распахнулась и оттуда выпрыгнул на тротуар одетый в камуфляж мужик с автоматом. За ним – второй, третий и, кажется, четвертый. Последнего Невский увидел лишь мельком: ломанувшийся первым омоновец с ходу засветил ему прикладом в лоб, сбил с ног, навалился сверху и заломил руку за спину. И тут заскрипевшего зубами от боли Влада прорвало. Все-таки бывший морпех! Этот прием – высвобождение из положения лежа – они отрабатывали на тренировках в числе прочих. Шанс вырваться был не так уж велик, поскольку противником был профи. Крутанувшись, Влад сумел перевернуться на бок и что было сил засветить насевшему на него сверху омоновцу кулаком в лицо, затем высвободить руку, откатиться в сторону и прыжком подняться на ноги. И тут же, без паузы, нанести удар ногой в колено. Это была драка «на вылет», без снисхождения к противнику и какой-либо оглядки на серьезность нанесенных увечий. Сломав омоновцу ногу, Невский провел последний, добивающий удар кулаком в переносицу, без раздумий завладел снятым с предохранителя автоматом, вскинул оружие и, прицелившись в бросившегося на подмогу товарищу бойца, нажал на спусковой крючок. Грохнул одиночный выстрел. Пуля вошла бойцу точно в лоб, сбив его с ног и обрушив навзничь. Невского, у которого похожий на пулеметную очередь пульс стучал во всем теле, было уже не остановить. Взяв на прицел телохранителя антиквара, умудрившегося в суматохе вытащить из машины не ожидавшего подвоха Индейца, и двух оставшихся омоновцев, без проблем скрутивших и бросивших рожами на багажник Слона с Губой, Влад хриплым голосом приказал:

– Стволы – на землю, суки! Считаю до трех, потом положу всех! Мне терять нечего! Все равно вышка! Стволы на землю, я сказал! Живо!

Для омоновцев такой поворот событий оказался громом среди ясного неба. Не ожидавшие от сопливых мальчишек столь решительного отпора спецназовцы откровенно растерялись. Глядя в безумные, налившиеся кровью глаза амбала, только что легко и непринужденно покалечившего одного и убившего их второго товарища, милиционеры не сомневались: «качок» не блефует. Замочит – глазом не моргнет. После убийства сотрудника омона при исполнении терять отморозку действительно нечего. И он это отлично понимает. Так стоит ли менять свои драгоценные жизни на свободу трех мелких, никчемных «быков», не представляющих для коллег из ОРБ ни малейшей оперативной ценности? Ответ более чем очевиден: нет, не стоит.