Читаем Культурист полностью

– Так и есть. Конечно, гораздо удобней было бы прижать его в темном углу, дать по башке, приставить перо к горлышку и не отходя от кассы снять должок – за прошлую работу без «крыши». А уже потом поставить на долю. Но Крот барыга ушлый и осторожный. Он давно в теме с антиквариатом. Да и хлопотно это – нахрапом переть. По городу Крот передвигается на «Волге» с водителем. Он же – охранник. Серьезный тип, не лох. По роже видно. Для того чтобы добраться до барыги, придется для начала гасить охранника. Но это – на крайняк... Места, где Крот время от времени появляется, я знаю. Пацаны дважды пытались сесть к нему на хвост, поводить пару-тройку дней, вычислить адреса, но водила слежку сразу просекал и смывался. Хорошо хоть номер «контактного телефона» известен. Пришлось забивать стрелку, по понятиям. Но он, сука скользкая, и здесь вывернулся. Прикинулся шлангом, сказал, что рисковать не хочет, и поставил условие: встреча должна состояться в многолюдном месте, в центре. Вот здесь и побазарим... через пять минут.

– Ты уверен, что Крот действительно никому не платит? – серьезно спросил Невский. – Я, конечно, не спец в таких делах, но мыслю следующим образом: если барыга уже много лет промышляет антиквариатом, то наверняка не раз сталкивался с волками, желающими состричь с него шерсть. Но, как видишь, до сих пор жив-здоров и при бабках. Стало быть, наверняка имеет покровителей, которые за долю с его прибылей решают подобного рода вопросы. И хорошо решают.

– Я думал об этом, – согласился Антон. – Но точной информации все равно нет. Чалый уже интересовался. Глухо. Есть ли у Крота «крыша» и какова она – точно сказать может только сам барыга. Если за ним серьезные люди – Крот не станет даже базарить, просто, как водится, подкинет номерок телефона, чтобы мы перетерли тему между собой. Обычная практика. В любом случае нам ничего не грозит. Нет у него «крыши» – отлично, будет! А есть – тихо отвалим в сторону. Ленинград – город большой. Бабла на всех хватит.

– В таком случае моя нынешняя прогулка имеет все шансы остаться неоплаченной, – улыбнулся Невский. – Кстати, с чего ты взял эту сумму – пять тысяч? С потолка?

– Если Крот окажется без «крыши», – нахмурился Индеец, – я сразу предъявлю ему сто тысяч. Твоих в доле – пять процентов.

– Моих – пять. А твоих? – продолжал допытывать Влад. Без особой надежды, что Антоха так легко откроет карты. Но Индеец на удивление быстро ответил:

– У Слона с Губой – по десять. Моих – пятнадцать. Остальное – в общак. Такой расклад.

– Ясно, – вздохнул Невский. – Тогда последний вопрос. Что делать в случае непредвиденных осложнений? А проще говоря, шухера?

– Шухера не будет, – деловито пообещал Антон. – Но если что... Ты с барыгой не базарил, стоял в сторонке – значит, не при делах, – сухо буркнул Индеец. – С тебя взятки гладки. Просто прохожий. Развернулся и пошел куда глаза глядят. Хрен что докажешь.

– Базаров нет, – подвел черту Невский. – Вон, кстати, и варвары твои лысые возвращаются.

Появившиеся с разных сторон Слон и Губа сели на заднее сиденье «девятки» почти одновременно. Губа молча передал Антохе сигареты, а Слон сообщил:

– Чисто. Никакой засады. Одни лохи кругом. Все четверо закурили, опустив стекла на дверях.

– Ждем еще две минуты и выходим, – кинув взгляд на часы, приказал Индеец. Повернувшись, строго посмотрел на Невского: – Рэмбо. К точке идешь отдельно. Держишься сзади, метрах в пяти. И не спускаешь глаз с барыги. Смотри на него так, чтобы у того мурашки по коже побежали. Когда придет время сматываться, я дам знать.

Влад кивнул.

– Ну, пора, братва, – скомандовал Индеец, первым выходя из машины. Они двинулись по дорожке к скверику, мимо зазывающего прохожих бородатого уличного фотографа. Бандиты впереди, Невский чуть сзади. Нужная скамейка оказалась занята. Там сидела и самозабвенно тискала друг дружку парочка, лет тридцати с хвостом. Рядом с женщиной лежал на скамейке шикарный букет розовых тюльпанов. Антоха подошел, остановился напротив «молодых» и что-то вполголоса сказал, после чего обоих словно ветром сдуло. Индеец умел находить нужные слова. Братки присели на лавочку, Влад же, в распахнутой на груди куртке, открывающей обтянутые футболкой бугрящиеся грудные мышцы, остановился поодаль и принялся ждать дальнейшего развития ситуации.