Читаем Кто ты, Гертруда? полностью

Той осенью, отец Эл и еще двое его приятелей, отправились служить в Димитровградский драматический театр. Что сподвигло отца, на это решение, Эл уже и не вспомнит, да и спросить, как это часто в ее жизни стало, теперь не у кого. Скорее всего, были какие-то «экономические» причины. Прошло несколько месяцев, когда в канун Нового года, один из приятелей прилетел в Ташкент, на праздники. Он привез матери Эл письмо от отца, какие-то новогодние подарки, рассказал про их житье-бытье. Потом, по все тем же, неизвестным Эл причинам, мама решила сделать отцу сюрприз. Она купила билеты на самолет, на 31 декабря, уточнила адрес у папиного приятеля, и что самое интересное, спросила – «Как там погода»? На что получила ответ – «Да, как у нас». Взяв со всех посвященных слово, что никто не нарушит тайну, их с Эл приезда, дождались 31 числа.

Было раннее утро. Эл и ее мама, оделись в самое нарядное. На маме было красивое, «праздничное» платье из довольно тонкого материала. Во что нарядилась Эл, она уже не помнила, в памяти остались только тонкие, капроновые, белые колготки, редкость по тем временам, в которых Эл была на Новогоднем утреннике «Снежинкой». Приехало такси, еще через полчаса они были в аэропорту Ташкента. И вот они уже летят в Ульяновск, так как в Димитровграде аэропорта не было. Летели долго, как запомнилось Эл. Прилетели в Ульяновск. И тут началось!

Сначала стюардесса сообщила, что «самолет приземлился в Ульяновске, что за бортом –45 градусов, и пожелала всем счастливого Нового года». Мамина реакция удивила Эл, когда после этой информации, то ли в шутку, то ли всерьез, она спросила: «Ну что, летим обратно?»

Потом часа два ждали подачи трапа, т. к. все трапы замерзли. Пока сидели в самолете, в этом утомительном ожидании, мама достала теплые вещи из сумки, так что к моменту, когда трап все-таки подогнали, они обе выглядели, как две капусты. От былой «нарядности», не осталось и следа. Что такое -45 Эл узнала, как только они ступили на трап. Лицо обдало колючим воздухом, возникло ощущение, что в носу тоже появились ледяные колючки. Было больно делать вдох, хотелось все время щурить глаза. Из какой-то детской шалости, Эл попыталась плюнуть, но капля замерзла в воздухе и уже льдинкой упала на скрипучий под ногами снег. Эл не помнила, как и на чем они доехали до автобусной станции, откуда они должны были сесть на рейс до Димитровграда, но «без сюрпризов» и там не обошлось. Из-за коллапса на дороге, возникшего в такую погоду, отменили все рейсы. Оставалась надежда на такси, но таксисты тоже отказывались ехать «в такую даль, по такой погоде». Эл сидела в здании автовокзала, а ее мама курсировала между Залом ожидания и остановкой такси, в надежде поймать машину. В один из своих забегов «погреться» счастливая мама сказала, что нашла машину, и Эл опять оказалась на морозе. Медлить было нельзя. Какая-то компания из трех коренастых мужичков, согласилась взять их с собой, узнав, что мама с ребенком, т. е. с Эл. Они уговорили самого отважного таксиста, который сказал: «Была-не была! Сотворим Новогоднюю сказку для девочки».

В дороге Эл уснула. Было тесновато, но тепло. Потом много раз мама вспоминала, сколько брошенных по дороге машин, видели они по обочинам, и все думали только об одном, чтобы машина не заглохла. Советский автопром не подвел, «Волга» ГАЗ 24 – не подвела, и к вечеру Эл с мамой благополучно доехали до Димитровграда. Попутчики, довезли их до места, а это было общежитие для актеров папиного театра. Они поднялись на нужный этаж, позвонили в дверь. Открыл высокий, симпатичный парень Алексей. «Леша-конь», так потом стала называть его Эл, потому что он играл Коня, в новогодней сказке, «Кошка, которая гуляла сама по себе», а отец Эл играл Пса, но это потом. Тогда же приключения еще не закончились. Когда Леша разобрался, что к чему, выяснилось, что отец Эл, предупредил всех своих соседей, а общежитие представляло собой, кажется четырехкомнатную квартиру, где в одной из комнат жил отец и тот приятель, что уехал на праздники в Ташкент, тот приятель, который сказал маме: «Как погода? – Да как у нас», так вот отец предупредил, что заночует 31 декабря в театре. Дескать, «1 января – Елка, чтобы не проспать». Теперь же Эл думала, что он просто хотел избежать шумной, актерской вечеринки, с неизбежным, обильным возлиянием горячительных напитков. Что было делать? Теперь, когда через такие препоны Эл с мамой оказались в комнате отца, мама решила не отказываться от идеи «сюрприза» и под любым предлогом «выманить» папу из театра в общежитие. Леша-конь позвонил по телефону в театр, неизвестно, что сказал ему, не выдавая интригу, но часам к одиннадцати отец позвонил в дверь. Отцу пришлось идти пешком, и всю дорогу, замерзая все больше, он думал, что если Леша «преувеличил» необходимость присутствия папы в общежитии, ему несдобровать!