Читаем Красные плащи полностью

— Ты хочешь сказать, что всё это время сообщение было при тебе? — рассердился Паисий, выслушав исповедь Ксандра. — О, легкомысленный, представляешь ли ты, какому риску подвергал не только себя, но источник важнейших сведений, который спартиаты безуспешно пытаются обнаружить уже несколько лет, и дело важности государственной?

— Ты прав, я не должен был ставить под угрозу интересы столь высокие, но донесение всё же благополучно достигло тайника, пойми также и чувства, владеющие мной. Поручение Эпаминонда давно исполнено, и лишь долг врача удерживал меня здесь. Ныне исполнен и он: ещё несколько дней — и ты сможешь выходить из дома, даже делать лёгкую работу. Я приготовлю тебе запас лекарств, оставлю подробные письменные указания о лечении, питании и поведении, и прошу лишь помочь мне уйти в скором времени. Подумай, Паисий, я действую в интересах Фив не будучи гражданином этого города, и даже не ради награды.

— Не обижайся, Ксандр, я всего лишь напомнил тебе об ответственности, — смягчился Паисий и перевёл разговор на другое: — Стесилай и два его дружка, да ещё Лисикл. Все четверо лохагосы. А ведь под их командованием находится треть всех подразделений, укомплектованных коренными спартиатами. Несомненно, Поликрат возлагает на молодых командиров особые надежды.

* * *

Несколько дней подряд Ксандр собирал лечебные травы, готовил лекарства и писал подробные наставления для больного. Сначала нужно сделать всё необходимое, а затем...

«Да ты просто боишься встречи с Леоникой и потому оттягиваешь её! — наконец сказал он себе. — Смотри, застанешь её женой Лисикла!»

Решительно перекинув через плечо медицинскую сумку, он вышел из дома через ход для прислуги, чтобы избежать встречи с Прокной в мегароне.

По мере приближения к цели Ксандр невольно умерил свой быстрый шаг: а вдруг Леоника не имеет ничего против брака с молодым, но уже прославленным командиром?

...Красавица прошла мимо, обратив на молодого человека внимания не больше, чем на дерево или угол здания. Удар, поражающий, словно молния Зевса! Ксандр немного постоял и двинулся следом, любуясь ею, одетой в короткий белый пеплос.

— Эй, Леоника, ты обзавелась новым рабом? — крикнула похожая на пехотинца спартиатка, куда-то спешившая со своей корзиной.

Девушка резко обернулась, в глазах её вспыхнуло тёмное пламя, готовое испепелить дерзкого, но мгновением позже гнев сменился удивлением и восторгом.

— Ксандр! Ты ли это? Вернулся!

— Привет тебе, Леоника. Это действительно я, твой недостойный товарищ по детским играм.

— Конечно, недостойный: исчез так внезапно, даже не простился. Этион объявил о твоём побеге лишь незадолго перед вторжением фиванцев и сказал мне по секрету, что сам отпустил тебя вместе с Зеноном в качестве ученика, но в то же время не хотел нарушать в глазах рабов им же установленный порядок получения свободы.

— Всё так и было, — улыбнулся Ксандр.

— Ты вернулся вместе с Зеноном? Где он?

— Готов поведать тебе обо всём, но, боюсь, мой рассказ не будет коротким.

— Тогда прошу ко мне. Не пойду сегодня в палестру. Как ты изменился, — оглядела она Ксандра. — Если бы не твой хитон, никто бы не отличил тебя от спартиата.

— И всё же ты сразу узнала меня, — ответил Ксандр.

— Скорее угадала.

— Я был в Афинах, — продолжал Ксандр, входя в небольшой, по-спартански обставленный мегарон. — Мы с учителем оказались там после долгих скитаний по Элладе, в ходе которых он обучал и просвещал меня. К сожалению, я постиг лишь малую часть его искусства врачевания, малую часть его обширных познаний, малую часть его философии, ибо случилось несчастье. Бездарные завистники представили Зенона в глазах властей фиванским лазутчиком, он был схвачен; мне же с трудом удалось бежать. Случай и Провидение привели меня сюда, чему я безмерно рад, несмотря на грозящую опасность, ибо встретил тебя, Леоника.

— О какой опасности ты говоришь? — хозяйка дома жестом предложила ему сесть на скамью.

— Но ведь для всех я по-прежнему беглый раб, — грустно улыбнулся Ксандр. — Мне известно, что случилось с Этионом, о возможном поведении его сына, Полита, судить трудно. Вот почему я предпочитаю, чтобы никто, кроме тебя, не знал о моём присутствии в Спарте.

— Подожди, сейчас принесу еду, встрепенулась Леоника. — Ты же мой гость. Старый Алким умер, а Дота едва передвигает ноги и почти ничего не понимает. Так что теперь не она моя служанка, а скорее наоборот.

«Вольно или невольно дочь Эгерсида показала, что не видит во мне раба», — подумал Ксандр, когда девушка вернулась с глиняным блюдом.

— Ешь. Нравится? Я сама готовлю, — девушка искренне гордилась своими кулинарными способностями.

— Как тебе это удаётся?

— Ну, бросаю в котёл одно, другое... Что под руку подвернётся. Угощайся, я сегодня уже ела. Пожалуй, ты прав. Не стоит связываться с Политом; хотя он и сражался на нашей стороне, но ведь против родного отца. Теперь у него красный плащ спартиата, осталось только жениться на девушке хорошего рода, к чему он и стремится.

— Вот как?

— Хочет, чтобы я вышла за него замуж.