С трудом держась на ногах, она пошла по тропинке. Порывы ветра то и дело отталкивали ее и грозили оторвать от земли. Волосы бешено хлестали по лицу, закрывая обзор, но Лара ни на секунду не задумалась о том, чтобы вернуться в дом. Вновь обретя равновесие на скользких камнях, она бросилась вперед.
Как только ее руки сжались на плечах Арена, ветер стих, и весь мир будто вздохнул с облегчением. Ветви тихо приземлились на землю, капли дождя нежно заструились по коже.
– Лара?
Прерывисто дыша, она подняла голову и заметила, что Арен смотрит на нее с ошарашенным выражением лица, словно не мог понять, как она тут очутилась.
– Все, буря кончилась? – с трудом выдохнула Лара. Думать было еще труднее.
– Нет. Мы в самом ее центре.
«В центре бури…» У Лары сдавило грудь.
– Что ты здесь делаешь?
Твердые мышцы его предплечий напряглись под девичьими пальцами.
– Мне нужно было выйти.
Лара интуитивно поняла, что он имел в виду. Большинство людей стремились убежать от опасности, но Арену она приносила умиротворение. Прилив адреналина очистил разум, стер неуверенность, преследовавшую его при каждом решении, которое он принимал как король. Избавил от страха совершить ошибку. Страха перед последствиями, если он сделает что-то не так. В буре Арен знал верный путь.
Лара его понимала, ведь ее одолевали те же чувства.
– Ты мог погибнуть. Когда спас меня.
– В противном случае погибла бы ты. – Арен крепко сжал ее плечи, и хоть его ладони источали жар, как при лихорадке, Лара все равно задрожала.
– Возможно, так было бы лучше для тебя.
Хватка Арена усилилась.
– Ты действительно думаешь, что я смог бы простить себя, если бы стоял и смотрел, как ты тонешь?
– Но то, что я совершила…
– В прошлом. Все позади.
В ушах взревел пульс. Арен простил ее. Лара не понимала, как он нашел в себе силы для этого, но факт оставался фактом. Она хотела этого больше всего на свете, но не осмеливалась надеяться.
– Ты хочешь покинуть Итикану? Если тебя это осчастливит, я высажу тебя на любой берег со всем необходимым, чтобы начать новую жизнь.
Лара планировала уехать. Скоро наемники отца настигнут ее, да и оставаться было бессмысленно. У их отношений не имелось ни единого шанса – Арен неизбежно узнал бы правду и никогда не простил бы супругу.
Вот только Арен знал правду. И, несмотря ни на что, простил Лару. Теперь… теперь мысль о том, чтобы покинуть Итикану, покинуть
– Ты не можешь позволить мне покинуть Итикану. – Из-за комка в горле слова прозвучали надрывно и странно. – Я слишком много знаю. Это слишком рискованно.
Арен прожигал ее взглядом, будто видел жену насквозь – так, как никто другой.
– Могу, потому что доверяю тебе.
Лара не могла дышать.
– Я не хочу уезжать.
Слова будто поднялись из самых глубин ее сердца. Лара не хотела покидать Итикану. Не хотела покидать
Буря выжидательно кружила вокруг них, но пока что не вмешивалась.
Арен ослабил хватку, и на секунду Лара испугалась, что он отпустит ее. Захочет, чтобы она ушла.
Но затем его пальцы легонько скользнули по тыльной стороне ее рук, вызывая потоки ощущений. Нежно поглаживали вверх и вниз, будто успокаивали дикое животное, которое может укусить.
Или прощупывали почву.
Его руки задели девичью грудь, и Лара тихо выдохнула. Арен зацепил бретельки ее платья и слегка спустил их. Наклонившись, провел губами по одному обнаженному плечу. По второму.
С губ Лары сорвался стон, когда Арен убрал в сторону ее мокрые волосы, оголяя шею, и поцеловал ключицы, горло, линию подбородка. Только его хватка на платье не позволяла тому сползти вниз и полностью обнажить ее тело.
Лара хотела прикоснуться к нему.
Хотела почувствовать гладкую кожу, натянутую на твердые мышцы, но боялась, что это уничтожит ее. Ведь обратного пути уже не будет.
Арен помедлил, и Лара затаила дыхание в ожидании, когда их губы соприкоснутся. Гадая, позволит ли она себе погрузиться в этот горячий источник желания, и если да, то сможет ли когда-нибудь вынырнуть на поверхность. Да и захочет ли.
Но Арен лишь прижался к ней лбом.
– Ты должна сказать, что сама этого хочешь, Лара. Что ты сама приняла это решение, а не соглашаешься из принуждения.
В груди запылало настолько сильное чувство, что оно причиняло физическую боль. Лара отстранилась, чтобы взглянуть Арену в глаза.
– Я хочу этого. – И поскольку это еще не все, добавила: – Я хочу тебя.
Их губы соприкоснулись, и буря разразилась с удвоенной силой, но Лара почти не ощущала жестоких порывов ветра. Арен оторвал ее от земли, впиваясь пальцами в бедра, а она обвила ногами его талию и закинула руки на шею. Его губы обжигали жаром, язык скользил по ее рту, дождь струйками стекал по их коже. Король понес супругу сквозь бурю в укрытие дома.