Читаем Корни блицкрига полностью

С 1928 по 1931 год в программу липецкой авиашколы была добавлена программа подготовки летчиков-наблюдателей.{823} Теперь Рейхсвер имел довольно всестороннюю программу подготовки экипажей. Летчики-истребители изучали большинство аспектов воздушной войны — включая передовую тактику истребителей, подготовку к атакм наземных целей и практику бомбовых ударов. Также частью программы обучения были полеты вслепую {824}. Программа подготовки летчиков-наблюдателей длилась восемнадцать недель и включала в себя девяносто полетных дней.{825} Наблюдатели также принимали участие в тактических, артиллерийских (с использованием боевых боеприпасов) учениях и учениях сухопутных войск.{826}

Программа подготовки, организованная Гельмутом Вильбергом, смогла обойти большинство версальских ограничений на подготовку пилотов. Поскольку Парижские авиационные соглашения 1926 года запрещали Рейхсверу обучать более восьми пилотов в год, Вильберг создал программу, позволившую ежегодно получать летную подготовку сорока кандидатам в офицеры в роли гражданских пилотов до их поступления в армию. В отчете 1926 года отдел организации авиации Рейхсвера отметил высокое качество кандидатов для прохождения программы подготовки пилотов. На сорок мест просилось очень большое количество человек, что позволило организовать тщательный отбор.{827} К 1930 году программа обучения, начавшаяся с середины 1920-х годов, позволила армии подготовить серьезную силу из примерно 500 хорошо обученных экипажей: 120 летчиков-истребителей и 100 наблюдателей прошли обучение в Липецке, еще 100 наблюдателей прошли подготовку в Брансвике, и 200 пилотов были подготовлен в в качестве летчиков разведывательной авиации и наблюдателей в гражданских школах.{828} В дополнение к этому в качестве резерва пилотов бомбардировочной и транспортной авиации могли использоваться Люфтганза и Коммерческая летная школ. {829}

Обучение авиационных штабов.

Одновременно с программой обучения экипажей отдел организации авиации также инициировал программу штабной подготовки для авиационных офицеров. В середине 20-х войсковое управление восстановило традиционные военные игры старого Генерального штаба. В ходе зимы старый Генеральный штаб отыгрывал различные сценарии, используя команды офицеров, конкурирующие друг с другом. Игры продолжались в течение нескольких дней и заканчивались детальным критическим разбором их итогов. В ноябре 1926 года войсковое управление организовало подготовку нескольких аналогичных военных игр, которые должны были проводиться в Берлине с января по март следующего года. Январские военные игры организовывались специально для офицеров ВВС, во главе с подполковником фон Фричем, начальником оперативного отдела Войскового управления, и подполковником Вильбергом, начальником отдела организации авиации. Тридцать два офицера Рейхсвера, почти все пилоты и шесть офицеров ВМС, представители командного состава практически со всей территории рейха, были вызваны в Берлин для участия в январских играх.{830} В военных играх для всего войскового управления, проводившихся в феврале-марте, также значительное внимание уделялось воздушным аспектам ведения войны: по три из пятнадцати офицеров ВВС и два или три опытных летчика получили назначение в каждую команду, имевшую от семнадцати до двадцати пяти офицеров Рейхсвера.{831}

Перейти на страницу:

Похожие книги

1812. Всё было не так!
1812. Всё было не так!

«Нигде так не врут, как на войне…» – история Наполеонова нашествия еще раз подтвердила эту старую истину: ни одна другая трагедия не была настолько мифологизирована, приукрашена, переписана набело, как Отечественная война 1812 года. Можно ли вообще величать ее Отечественной? Было ли нападение Бонапарта «вероломным», как пыталась доказать наша пропаганда? Собирался ли он «завоевать» и «поработить» Россию – и почему его столь часто встречали как освободителя? Есть ли основания считать Бородинское сражение не то что победой, но хотя бы «ничьей» и почему в обороне на укрепленных позициях мы потеряли гораздо больше людей, чем атакующие французы, хотя, по всем законам войны, должно быть наоборот? Кто на самом деле сжег Москву и стоит ли верить рассказам о французских «грабежах», «бесчинствах» и «зверствах»? Против кого была обращена «дубина народной войны» и кому принадлежат лавры лучших партизан Европы? Правда ли, что русская армия «сломала хребет» Наполеону, и по чьей вине он вырвался из смертельного капкана на Березине, затянув войну еще на полтора долгих и кровавых года? Отвечая на самые «неудобные», запретные и скандальные вопросы, эта сенсационная книга убедительно доказывает: ВСЁ БЫЛО НЕ ТАК!

Георгий Суданов

Военное дело / История / Политика / Образование и наука
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное