Читаем Коммандер Граймс полностью

Катер Кейна был уже не только виден, но и слышен. Сбивчивый пульс инерционного двигателя словно пытался подстроиться под обрывки барабанной дроби — возле дворца королевы Жанин разминались барабанщицы. Наконец, катер появился. Казалось, что он сейчас промчится над площадью и снова исчезнет. Но Кейн — скорее всего, именно он управлял аппаратом — был отличным пилотом. Он эффектно притормозил в воздухе, почти над катером «Искателя», потом включил реверсы. Не такое уж это безрассудство при хороших двигателях, подумал Граймс. Он сам не упускал случая устроить подобный спектакль.

Куда более странным было полное отсутствие зевак. Впрочем, когда приземлялся катер Граймса, вокруг тоже никого не было. Вот и сейчас только несколько человек стояли поотдаль с самым безразличным видом, рядом крутились какие-то детишки. Склонность местных жителей к уединению граничила с аутизмом.

Дронго Кейн посадил катер — без спешки, но и без особой осторожности. Силовые вертикали катера расписались в пыли. причудливыми иероглифами — куда более сложными, чем веер железных опилок в магнитном поле. Когда расстояние между днищем катера и поверхностью земли было немногим больше слоя краски, двигатели отключились.

Люк распахнулся, и в проеме показался Дронго Кейн. На нем был мундир наподобие парадной формы ФИКС, с полным набором знаков отличия. Внушительная золотая кокарда украшала лихо заломленную пилотку, золотом были отделаны кортик, ножны и портупея. Слева на груди располагалась целая галерея орденов и медалей. Среди прочих Граймс заметил «Железный Крест» Вальдегрена и «Золотые Крылья» Галличекской гегемонии. Человек, удостоенный подобных наград, должен был быть объявлен в приличном обществе персоной нон грата.

Весь этот ценный груз не помешал Кейну легко спрыгнуть на землю, минуя трап. Потом он протянул руку Сабрине, чтобы помочь ей выйти из катера. Матовость ее золотистой кожи оттеняла блеск многочисленных украшений, а головку украшала диадема со сверкающими изумрудами. Она явно не привыкла к высоким каблукам и слегка пошатывалась.

— Побей меня камнями, Боже — у тети Фэнни прыщ на роже, — прошептала Мэгги.

— Капитан Кейн опасен, — пробормотала Майя.

— Гхм, — фыркнул Граймс.

В недрах катера можно было рассмотреть двух офицеров в униформе мышиного цвета, которые возились каким-то агрегатом, подозрительно похожим на орудие. Граймс уставился на них с изумлением и тревогой.

— Капитан Кейн, — крикнул он, — я предупреждал вас, чтобы Вы не запугивали этих людей!

Кейн самодовольно осклабился.

— Держите се-ебя в руках, ком-манд ер! Никто не соби-ирается никого запугивать. Вы никогда не видели о-орудие для салюта? Сабрин-на, которая люб-безно согласилась сопровождать меня, рассказала, что королева Жа-анин строго при-идерживается этикета…

И тут его глаза округлились: из-за угла дома донесся нарастающий барабанный бой, а потом появилась девушка со знаменем «Снежного Барса». Кейн облизнул губы и оглядел ее с ног до головы, задержав взгляд на ленте и ботинках — они были ей явно не по ноге — а потом пробормотал:

— А теперь повто-орим еще раз!

С последним ударом барабана Жанин и ее свита остановились. Кейн вытянулся по стойке смирно и пышно отдал честь.

— Первый — огонь! — скомандовал голос в катере.

Раздалось оглушительное «БУММ!» — залп был куда громче, чем можно было ожидать от орудия такого размера.

— Второй — огонь!

Из дула вырвался сноп оранжевого пламени в окружении клубов сероватого дыма.

— Третий — огонь!

Казалось, что копьеносцы, лучники и автоматчики готовы броситься врассыпную, побросав свое нехитрое вооружение к ногам пришельцев. Но Жанин гордо выпрямилась и что-то резко скомандовала. Она не сделала ни шагу.

— Четвертый — огонь!

БУММ!

— Пятый — огонь!

Жанин наслаждалась представлением, равно как и Кейн. Сабрина, стоящая рядом с ним, вздрагивала при каждом выстреле, но старательно изображала снисходительное равнодушие, словно наблюдала такое каждый день. Майя с озабоченным видом склонилась в сторону Граймса.

— Этот шум… Вы не могли бы его прекратить?

— Девятый — огонь!

БУММ!

— Десятый — огонь!

К свите Жанин наконец-то вернулось самообладание. Они сосредоточенно наблюдали за происходящим, а на лицах барабанщиц явно читалась жгучая зависть. Эффект был слегка испорчен, когда охранники расчихались от запаха горелого пороха.

— Шестнадцатый — огонь!

БУММ!

Почему бы и нет, в оцепенении подумал Граймс. Почему бы и нет. Двадцать один залп для той, что называет себя королевой, хогя, по суш, является всего лишь мэром небольшого городка…

— Двадцатый — огонь!

БУММ!

— Двадцать первый — огонь!

БУММ!

— Прекрасный урок, — заметила Мэгги. — Как приобретать друзей и оказывать влияние на людей[34]…

— На меня он произвел впечатление! — отозвался Граймс.

Кейн в сопровождении Сабрины приблизился к неподвижно стоящей Жанин и снова отдал честь, и она с истинно королевским величием кивнула в ответ. Лиза Морроу, наконец-то прекратившая чихать, привычно склонила древко, копьеносцы и автоматчики взяли «на караул».