И почему он знал, почему он по-прежнему знает, что и в этом случае поступил правильно?

Эта странная уверенность в правоте в конечном счете перевесила. До сих пор он беспрекословно признавал интеллектуальное и моральное превосходство старших по званию. Но на борту «Искателя» есть офицеры, обладающие высокой технической компетентностью, великолепно обученные и подготовленные, которые управляют фантастически мощными машинами, и чей моральный кодекс радикально отличался от норм, принятых на Спарте.

Кстати, о морали. Как быть с врачами и высшими аристократами планеты, чья мораль ставилась под сомнение? А врачи в яслях и их извращенные сношения с обитателями Аркадии?

Голос Мэгги прервал течение его мыслей.

— Она уснула. Вырубилась как лампочка. Пьяна в стельку. Я думаю, что мы сможем тайком пронести ее на борт, не вызвав ничьих подозрений.

Мэгги помолчала.

— Я очень благодарна тебе, Брасид. Правда. Я бы хотела…

Он понял, что она встала со своего места и наклонилась к нему. Он чувствовал, как мягкие наросты на ее груди коснулись его обнаженной спины. Он и представить себе не мог раньше ничего подобного.

— Сядь на место, прокляни тебя боги… — проворчал он. — Если хочешь, чтобы эта колымага оставалась на дороге, а не полетела под откос!

Глава 19

По пути в космопорт никаких неприятностей не случилось. Но когда машина миновала главные ворота, стало ясно, что их прибытия ожидали. Диомед, за спиной которого маячили фигуры шестерых гоплитов, стоял в дверях управления мрачнее тучи; чуть в стороне — Джон Граймс: вместо парадного кортика у него на поясе красовались два лазерных пистолета. Рядом замер еще один офицер с инопланетного корабля в шлеме с переговорным устройством. Коммандер глядел на Брасида и его спутницу почти так же мрачно, как Диомед.

Начальник секретной службы повелительно поднял руку, и Брасид затормозил. Граймс что-то сказал своему офицеру, тот заговорил в микрофон, очевидно, передавая сообщение на корабль. Брасид бросил взгляд на космонавтов, потом на их корабль. Орудийные установки были приведены в боевое положение — длинные трубы, до сих пор утопленные в корпус, выдвинулись и смотрели в сторону порта, некоторые из них медленно двигались, словно щупальца гигантского насекомого.

— Брасид, — голос Диомеда срывался на визг: начальник секретной службы пребывал в отвратительном настроении. — Я получил известие из Килкиса, от тамошнего капрала. Я требую, чтобы ты немедленно представил мне отчет. Кроме того, я хотел бы немедленно выслушать и Ваш отчет, доктор Лэзенби.

— Капитан Диомед, — холодно возразил Граймс, — Вы вправе отдавать любые приказы своим подчиненным, но не имеете права командовать моими. Доктор Лэзенби представит отчет мне, причем на борту корабля.

— У меня есть средства добиться исполнения моих требований, коммандер Граймс.

Шестеро гоплитов мгновенно вскинули свои шоковые пистолеты и прицелились.

Граймс рассмеялся.

— Мои офицеры тоже получили указания, капитан Диомед. Они наблюдают за нами из рубки корабля, и оптика у них превосходная. Более того, они слышат каждое наше слово.

— И что же это за указания, коммандер?

— У вас есть только один способ узнать это, капитан Диомед. Но я вам не советую это делать.

— Хорошо, — заметным усилием Диомед взял себя в руки. — Хорошо. В таком случав, коммандер, я прошу вас направить своего офицера в мой офис, чтобы он присутствовал при допросе Брасида. Вы тоже можете пройти с нами, равно как и любые члены вашего экипажа.

Похоже, Граймс, обдумывает слова Диомеда. Они звучали вполне разумно. Брасид понимал, что на месте Граймса он бы принял это предложение. Но если тем временем кому-нибудь придет в голову осмотреть машину и проверить корзину для продовольствия, стоявшую на заднем сиденье? Просто ради того, чтобы промочить горло — в корзине лежит фляга с вином… Или алкоголь перестанет действовать? на ребенка, и он проснется?

Маргарет Лэзенби, видимо, подумала о том же самом. Она приподнялась с заднего сиденья машины, предоставив всем присутствующим полюбоваться на состояние своей одежды — вернее, того, что от нее осталось. На мгновение стало тихо. Потом Граймс, побелев от ярости и сжав кулаки, обернулся к Брасиду:

— Ты, ублюдок…

— Прекрати, Джон, — оборвала его Маргарет Лэзенби. Ее голос прозвучал неожиданно резко. — Он этого не делал.

— А кто тогда?

— Черт побери! Ты что, не видишь, что мне надо немедленно переодеться хотя бы сменить рубашку. И срочно обработать эти царапины. Если хочешь знать, я потребовала, чтобы Брасид показал мне обряд Исключения.

— Именно об этом и сообщил мне капрал, — вставил Диомед. — А еще о том, что эта парочка перебила целую стаю волков.

— Мы подъехали слишком близко. Звери напали на нас, вытащили меня из машины, но Брасид спас меня. А теперь, капитан Диомед, я бы хотела вернуться на борт и как можно скорее принять антибиотики, а также шадеть чистую одежду.

Выходя из машины, она взяла с заднего сиденья корзину и протянула ее офицеру, сопровождавшему Граймса.

— Что в корзине? — резко спросил Диомед.