Читаем Книга Беглецов (СИ) полностью

— …о крахе фармацевтической компании «Биргман и Коф», — зазвучало из рупора. — Напомним, что компания стала жертвой скандала…

— Это фрагмент вчерашних новостей. — Бертольд дал отрывку закончиться, и остановил запись. — «Мучнистая сыпь», значит?

— О чём ты?

— Да брось, Жанна. Конечно, знаток сельхозкультур у нас Тефилус — но мои эксперты все заявляют, что болезнь поражает только шпинатные культуры, и плантации наперстянки побить не могла. Это во-первых. А во-вторых — активы Биргмана и Кофа почти сразу милостиво согласилась выкупить корпорация «Древо Жизни». Которая совершенно случайно входит во Врачебный Трест… принадлежащий, что давно не тайна, тебе! Я, по крайней мере, веду дела честно.

Сюйлин оперлась локотками о стол и положила подбородок на сплетённые пальцы.

— А я, значит, нет? — с улыбкой спросила она. Бертольд покачал головой. Обвинять Жанну в нечестной игре было всё равно, что корить акулу за несоблюдение диеты.

— Ты переоцениваешь толпу, — вздохнула девушка. — Люди глупы, а когда их много — глупее стократ. Какой-то нелепый слух, и они уже готовы разорвать кого угодно: а я лишь воспользовалась случаем. Ты же не станешь отрицать, что у меня на Юге — лучшие врачи, клиники, санатории? И разве не хорошо, если каждым делом будет заниматься тот, кто умеет это лучше всего?

— То есть, хочешь взять в свои коготки врачебное дело по всей Империи, — Бертольд предпочитал конкретику красивым речам. — Стало тесно в своей провинции?

— Как и тебе, Берти.

— Тефилус, и ты это стерпишь? — повернулся Бертольд к Янгу. Наместник Востока призадумался.

— Ну… Это ж ради народа, не? Ежли люди здоровее будут, оно ж и хорошо; чего мне против-то быть. Ну и, к тому ж — оно и не бесплатно, так? — Фил прищурил глаз с хитрым, как ему думалось, видом.

Бертольд фыркнул. Тефилус Янг был принят в их круг последним, и его наивность бесила прагматичного Хайзенберга. Похоже, он искренне верил, что раз они повязаны общей мрачной тайной, то все стали друзьями. И радостно шёл «друзьям» на уступки, позволяя всё глубже проникать в дела его провинции.

Даже когда в Совете заседал его отец, было проще. Корнеллус Янг был мрачный, малограмотный «кулак», никому не доверял — но до последних дней заботился об укреплении Востока. А его сынок… Впрочем, что сожалеть о былом? Да и Совета больше нет, теперь они Временно́е Правительство. Название предложила Жанна, и все оценили иронию. Не поставленные на время, а правящие Временем.

За дверью послышались тяжёлые шаги. Вот она распахнулась — и на пороге, как башня, вырос мрачный силуэт в плаще с поднятым воротником и широкополой шляпе. Блеснули из-под полей красные глаза.

— Се явился из мрака ночи Эрцлав Ба́тори, Чёрный рыцарь! — насмешливо продекламировала Жанна. — Победитель железных чудищ и повелитель вурдалаков, сокрушивший всех врагов, и не сумевший превозмочь лишь само Солнце… Или, вернее будет — Белый рыцарь?

— Снимаю шляпу перед твоими шутками, Жанна! — хмуро ответил Эрцлав, и снял шляпу. Бертольд постарался скрыть дрожь: облик наместника Севера всегда рушил все его представления о приличии и культуре.

Бледное, скуластое лицо с прямым носом уродовал широкий розовый шрам через нижнюю челюсть, сползавший по шее за ворот; белоснежные волосы были заплетены в короткую косу. Розовые с алой каймой глаза смотрели угрюмо, и под ними залегли тени. Эрцлав походил бы на болотника, если б не высокий рост, могучее сложение и цвет глаз. При этом на щеках его синели завитки ритуальных болотницких татуировок, а в ухе красовалась серьга из треугольного зуба русалки-трясинницы. Для полноты варварского образа не хватало лишь гарпуна в руке: вместо него пояс альбиноса оттягивала шпага в ножнах — широкая, как меч.

— Ну, почтенные пауки, как дела в нашей уютной банке? — Эрцлав прошёл к столу и упал в кресло, отставив левую ногу. Вслед за ним в зал скользнули две запеленатые фигуры; глаза их скрывали тёмные очки. Неведомые существа обежали стол и уселись на корточки по бокам кресла Эрцлава, как верные псы.

— Зал Пяти — священное место, — брюзгливо заметил Бертольд. — А ты снова притащил сюда своих упырей?

— Ребятам скучно во дворце, — Эрцлав потрепал одного из упырей по загривку: тот глухо заурчал. — А когда им скучно, они могут кого-нибудь погрызть. Прости, Жанна, я тебя прервал — ты говорила что-то о разделе сфер влияния?

Бертольд с трудом воздержался от брани. Стены и двери Зала почти не пропускали наружу звук. Значит… Он покосился на упырей — те неподвижно пялились перед собой сквозь очки. Ну и слух у этих тварей!

— Неужто ты имеешь что-то против, Эрцлав? — Голос Сюйлин был сладок, и притом в нём звучала нотка раскаяния. Будто её и впрямь заботило мнение варвара.

— Не считая того, что это самая бесстыдная подлость? — Северянин скривил в улыбке уголок рта. — О, всего одно: мне не нравится, что это решение было принято без моего согласия. Если на то пошло, мне вообще не потрудились о нём сообщить! Равно как и о предыдущем, и о ряде других… Мне кажется, или в нашей прекрасной дружбе появилась червоточинка?